Джи Ву- потомственный оружейный мастер. Его предки поколениями создавали оружие, но на нем славная династия может прерваться. Хоть юноша крайне силен, но чрезвычайно похож на девушку, поэтому ни один мастер не признает его таланта. Император Минь ведет завоевания в царство Хэ и созывает всех юношей старше пятнадцати лет. Однако герой принимает оружие лишь в качестве объекта искусства и боится очернить его кровью, поэтому переодевается в девушку и придумывает себе имя- Чи Ву.
Молодой юноша в потрепанном и зашитом халате, со вздохом отложил заготовку, которая впоследствии превратится в серп. Протянув руку, он снял со стены кусок ткани и вытер лоб. Жар горна заставляет потеть все тело и вызывает желание как можно скорее оказаться в ласковых водах купален. При мысли о купальнях, мысли молодого мастера переключились на юных прелестниц, по бархатистой коже которых, скатываются капли воды, оставляя блестящие дорожки.
Среди потрескивания остывающего горна, отчетливо раздался звук сглатываемой слюны.
— Соберись Джи Ву! — юноша хлопнул ладонями по своим щекам- Ты не такой! Подглядывание не то, чем стоит заниматься серьезному человеку! Твои предки поколениями были лучшими мастерами во всей округе!
При мысли о предках, настроение Джи Ву стремительно покатилось под откос. Дед Чан Ву — умер, когда внуку было лишь пять лет, а отец с матерью сгорели в лихорадке почти год назад, оставив в наследство дом и мастерскую, в которой поколениями трудились его предки. Династия не прервалась, но заслужить клеймо мастера Джи Ву так и не смог. Для этого нужно было три голоса других именитых мастеров и ни у одного из них он не смог добиться положительного результата. Ему не говорили прямо почему, но он прекрасно знал- всему виной его внешность. Тонкие кисти рук и милое лицо лучше бы смотрелось на девушке, нежели на знаменитом мастере. Подобное не было редкостью- зазнавшиеся мастера часто судили не по мастерству, а по каким то своим признакам, часто не имеющим ничего общего с профессией. Не так поклонился и все- хоть создай ты клинок достойный самого Императора- клейма не получишь.
(прим. автора: В Китае сначала произносится фамилия, а лишь затем имя, но было решено использовать более привычное обращение- Имя-Фамилия)
Руки без участия головы, сами вырезали два кусочка дерева, проделали паз и с помощью железного кольца насадили хвостовик в положенную ему рукоять. Еще немного времени и готовый инструмент отправился на холстину к своим товарищам, дожидаться последующей продажи на рынке. Без клейма он не мог создавать оружие и приходилось довольствоваться малым.
Джи Ву замер посреди мастерской. На его лице ясно отражалась борьба между ответственностью и желаниями. Всего лишь на секунду, после чего полумрак озарила улыбка и парень молнией исчез в дверях. Путь его лежал к давно устроенной лежке на дереве, позади общественных купален.
Ловко забираясь по веткам и избегая постороннего внимания, потомок знаменитых мастеров охотился за прекрасными видами, которые можно навсегда запечатлеть в своем сердце. Заботливо сколоченный настил не издал не единого скрипа, принимая на себя вес и юноша впился взором в окутанный паром водоем, огороженный высоким забором.
В это время жена местного скорняка- Цай Веньян с шумом опустилась в воду. Маленькое цунами плеснуло на каменные борта источника, практически полностью затапливая отмостки. Женщина на шестом десятке отличалась хорошим аппетитом и способностью сидеть на трех стульях целиком. От увиденного зрелища, Джи Ву со стоном прикрыл глаза и едва не свалился со своей точки обзора. Впрочем Цай Веньян отличалась не только хорошим аппетитом, но и зорким глазом, который с легкостью находил все ухоронки с самопальным вином своего мужа. Едва заметное движение тела на дереве было примечено и в ту сторону мгновенно отправился деревянный таз, окованный по кругу железным обручем. Именно этот обруч и врезался в лоб парня, отчего глаза Джи Ву закатились и он безвольным кулем свалился с дерева
— Да что ж это твориться то! Подглядывать за почтенной! Непростительно! — голос почтенной был похож на рев боевого слона, от которого с близлежащих деревьев слетела листва, вместе с контуженными воробьями. Впрочем в голосе не слышался гнев, скорее в нем звучали несколько иные нотки, которые лишь муж скорняк мог оценить как «заигрывающие». Цай Веньян была польщена вниманием молоденького мальчика и стремительно выбиралась из воды, собираясь подхватить добычу, пока та не очухалась и не сделала ноги.
Слыша звук разлетающегося забора и приближение смертельной опасности, Джи Ву пришел в себя и держась за лоб, исчез между домами. Сегодня был не его день, ведь буквально следом за почтенной, появились две прекрасные девушки- Фа Джеминг и Ксу Шен, семьи которых уже вовсю готовили своих красавиц на выданье.
Вернувшись домой, Джи Ву скривившись от боли, потер лоб и завязал на голове полотенце, смоченное в холодной воде, дабы не показывать выросший рог доблести всей округе. Проделав своеобразное «лечение», юноша упал на циновку и раскинул руки в стороны, уставившись в потолок.
— Что еще сделать, до наступления вечера? — Джи Ву задал вопрос сам себе, на который тут же нашел ответ в виде частички безоблачного неба, проглядывающего через крышу уже весьма старого здания.