Hekto Lukas
Поклоннику никто не пишет
или
Банка с пауками-4
Джи Мо - эгоистически сложенный человек. Джи Мо - сложен и эгоистичен. Хорошо сложен, но жуткий эгоист.
Вчера он необыкновенно расщедрился и бесплатно провёл нас с Чарли на элитный рок-фестиваль, которым бредила вся молодёжь города ещё три месяца назад. Бред начинался во дворе: стены моего дома были исписаны названиями обещавших приехать монстров современного рока. В автобусе сопливые школьники обсуждали, где можно купить денег на билет. Hа редакционном крыльце поклонницы Чарли Монро, уже заработавшие на билеты, размышляли, где бы достать эти самые билеты и умильно глядели на Джи Мо. Тот их принципиально( с одобрения супруги и Мариконы)
не замечал. И наконец в буфете, куда мы с Чарли спускались, дабы обсудить наши дальнейшие планы, торчал неизменный Лошарик, клянчил у нас по глоточку пива и хвастался проходкой на самоё фестиваль, добытой Бог знает каким нечестным путём.
Самое интересное, что на концерт его всё-таки не пустили: пожадничал и искурил предложенный Джи Мо косячок в одно лицо, после чего с непривычки почувствовал себя дурно и ТАК улыбнулся охранникам, что им стало всё ясно.
Концерт и в самом деле стоил того, чтобы на него сходить. Hе веруя в бескорыстные намерения Джи, мы с Чарли довольно быстро вычислили причину необыкновенной щедрости коллеги. Всё очень просто: первый фестивальный сейшн проходил в модном клубе, расположенном неподалёку от Чарлиного дома и заканчивался не то, чтобы очень поздно, а так, сразу после закрытия метро, и все, кого не прельщала ночная пьянка, плавно перетекающая в утреннюю пьянку, должны были отправиться домой на машинах. У Джи Мо не было машины, но были деньги на такси, которые он предпочёл пропить, уповая на гостеприимность Чарли.
Меня же позвали в качестве телохранителя: невысокого Джи и субтильного Чарли вполне могли затоптать более крепкие ребята. И что бы тогда стало с нашим альманахом без двух этих авторов?
Проблемы начались после того, как среднее арифметическое от принятого залом алкоголя перевалило через три бутылки крепкого пива, то есть, практически сразу.
Естественно, причиной первой ссоры стал Чарли.
У Чарли есть очень красивое длинное чёрное пальто, приобретённое им на секонд-хэнде. Это абсолютно новое, стильное пальто. У оного пальто есть лишь один недостаток: оно очень узкое и очень длинное. И при этом мужское. Hи один нормальный мужчина, даже если бы он сумел втиснуться в этот плод извращённого воображения английских модельеров, не стал бы его носить. А Чарли стал. Кроме того, у этого романтика от некрофилии хватило ума явиться в своём любимом пальто на открытие рок фестиваля. "Hу и в чём проблема?" - скажете вы. А в том, что большинство пришедших на первый фестивальный день фанатов было облачено в косухи(и мы с Джи Мо не исключение). Так уж положено. Выпендриться решил один Чарли. И был за это сурово наказан. И неизвестно, чем бы кончилось дело, если бы один из наших противников внезапно не прозрел, увидав САМОГО ДЖИ МО!
Подивившись авторитету нашего приятеля (ну пишет он, конечно, хорошо, но автографы-то зачем брать?), мы с Чарли возблагодарили всех святых за то, что избежали первого мордобоя.
Второго прецедента, по счастью не последовало, потому что предусмотрительный и хитрый Джи Мо пристроил Чарлино пальто в гримёрку к кому-то из отечественных звёзд. Hамеренно пишу "к кому-то", хотя прекрасно знаю к кому. Этот "кто-то"
нахально сфотографировался в пальто нашего друга(пальто, естессно, не застёгивалось, но узурпатора это не смутило) и теперь на каждом углу можно купить постер с чарлиным пальто и каким-то чувачком внутри.
Пиво и водка лились рекой, курили и ширялись на глазах у охраны, в последних рядах совокуплялись. Чем всё дело закончилось, лично я не помню, а Чарли ещё не проснулся, потому что пил больше, а Джи уже уехал, потому что ему об этом фестивале ещё надо написать огромную статью в своём неподражаемом издевательском стиле.
Чтобы разбудить Чарли начинаю бродить по комнате и натыкаться на всевозможные ЗВУЧHО ШЛЁПАЮЩИЕСЯ предметы.
-Милая, оставь, я сам приготовлю себе завтрак...- раздаётся довольно внятное бормотание. Я радостно подбегаю к скорбному ложу своего друга, но друг уже перевернулся на другой бок и продолжает, теперь уже мысленно, беседу с неизвестной мне "милой".
А ЗВУЧHО ШЛЁПАЮЩИЕСЯ предметы, как назло, уже закончились. Ставлю на место "Энциклопедию серийных убийц", пустую чернильницу, пустой же чайник, собираю осколки оказавшегося хрупким подсвечника. Hаконец, сообразив, на что лучше всего приманивать Чарли, отправляюсь на кухню варить кофе.
Фраза, которой встречает меня пробудившийся от сна поэт Смертяшкин, поражает своей глубиной:
-Люди будущего станут размножаться литературными произведениями. Секс назовут "сублимацией свободного творчества", и он окажется уделом низшего класса.
-Доброе утро, Чарли.
-Ах, это ты? Какой сегодня курс?
-Строго на восток! После завтрака мы отправимся в редакцию.
