Утечка информации, скорее всего, прошла через секретаршу Горыныча и, главное, параллельно подругу Светланы.
Тем более он идиот.
Была ли в том виновата неплотно закрытая дверь в кабинет Горыныча вкупе с непомерным любопытством секретарши или чрезмерно громкий крик глубоко возмущенного Горыныча, теперь уже не важно. Факт остается фактом: Светка была в курсе его дел.
Длинные гудки барабанили ему уши. Светик не отзывалась. Домашний телефон у нее с определителем, и сейчас она размышляет — брать трубку или нет.
Как будто не знает, с кем имеет дело.
Наконец она сломалась и трубку взяла.
— Ну, что тебе надо?
«Вот так меня приветствует любимая девушка», — подумал Никита.
— Как что? Тебя увидеть.
— Зачем?
— Без всяких зачем. Просто увидеть тебя. Напротив себя.
— Ты весь в этом.
— В чем?
— Ты в каждом ищешь свое отражение. Неужели я похожа на зеркало?
«Если да, то в прекрасной раме», — подумал Никита.
Светлана была красивой девушкой. Высокая и стройная, с длинными русыми волосами и карими глазами. В ней был тот шарм, который не проходит с годами.
— Напрасно ты так. Я действительно хочу увидеть тебя, а не свое отражение.
Это было сказано вполне искренно. Но в ответ он услышал: «Не верю» и не удивился. Строптивости Светке было не занимать.
— Почему?
— Ты ничто не делаешь случайно. И уж тем более когда звонишь мне.
В чем-то она была права. Сейчас конкретно ему нужно было убить время до встречи с Сергеем, и лучше всего это было сделать в обществе девушки, которая ему больше чем нравилась.
И в более широком контексте Светка тоже была права — она служила в местной Управе и была для Никиты бесценным источником сведений о том, чем город живет и дышит и кто в нем какую роль играет.
— Неужели это так? — спросил он, придав голосу по возможности обиженный тон.
— А то ты не знаешь.
— Светик, радость моя, давай не будем препираться.
— Опять у тебя денег нет оплатить мобильник? — съязвила Светлана.
— Представь себе, есть. Просто я не хочу терять драгоценное время на пустые разговоры.
— И это говорит законченное трепло!
— Света, я обидеться могу.
— Можешь, но не обидишься.
— И знаешь почему? Не успею. Потому что я уже лечу к тебе.
Никита дал отбой.
Светлана встретила его в строгом деловом костюме, естественном для службы в управе: серая юбка, серый жакет и под ним бордовая блузка. Никаких излишеств. Скромные сережки и любимое колечко с бирюзой.
В прихожей она выразительно посмотрела на часы.
— У меня времени в обрез. Выкладывай, что тебе нужно, — сказала Светлана, когда они прошли в гостиную и сели в кресла напротив друг друга.
«И выметайся отсюда», — закончил ее мысль Никита.
На журнальном столике рядом лежало несколько журналов, и Никита рассеянно стал их перебирать.
— Ну так? — нетерпеливо спросила Светлана. — Ты не в избе-читальне.
Никита отбросил журналы.
— Кофейком не угостишь? — спросил он.
После секундного замешательства Светлана сказала:
— Сейчас сварю.
Она ушла на кухню.
Оставшись один, Никита хотел включить телевизор, но не осмелился после неласкового приема и принялся листать журнал.
— Так что тебе нужно? — спросила Светлана, вернувшись с двумя чашками кофе.
— Как живешь? — спросил Никита.
— Здрасьте… Давно не виделись. Лучше ты расскажи, как ты живешь. Головка не болит?
Никита не удивился ее вопросу. Наверняка подруги обо всем настучали.
— А как я могу жить? — пожал он плечами. — Нормально.
— Тогда поставлю вопрос иначе. На что ты собираешься жить?
Никита буквально присосался к чашке с кофе. Стараясь выиграть время, он спросил:
— А чем, собственно говоря, вызван твой вопрос?
— Никита, не валяй дурака. Уже весь город знает, что тебя уволили.
— Неужели ты думаешь, что меня уволили вчистую? — с деланым возмущением воскликнул Никита.
— Именно так думают все.
— Кто все? Обыватели города Подколодинска?
— Не смей оскорблять наш город, коверкая его название! — потребовала служащая местной управы.
— Хорошо. Не буду. Но довожу до твоего сведения: я перешел на внештатную работу. Это к вопросу о том, на что я буду жить. И заметь: перешел по собственному желанию. Отчасти, — добавил он, чтобы придать видимость правдоподобия для своей фантазии. — Чем и был так возмущен Горыныч.
— Ты уж объясни, что значит по собственному желанию. Поскольку у меня прямо противоположная информация.
Конечно, Светлана не упустила шанс уколоть его лишний раз. Никита продолжил свою версию его увольнения.
— Аж ногами топал от негодования. Его можно понять. Покупая нашу газету, что в ней первым делом ищет рядовой читатель? — Никита выдержал эффектную паузу и закончил: — Правильно. Мою колонку. — Он выразительно вздохнул. — Да… Тяжело придется Горынычу. Ты же понимаешь, как трудно в наше время найти ценного сотрудника для хилого издания, которое существует в условиях рыночной экономики без вспомоществования со стороны в виде госсубсидий.
