Трофейный ангел на моем рояле,подаренный мне старенькой связисткойна память, что победно штурмовалибойцы квартал, к рейхстагу самый близкий.Оплаченный немыслимой ценою —своей судьбой —потерей горькой сына,ей ангел был наградою одною,другой – медаль «За взятие Берлина».И по утрам любуюсь на него я,на маленькое чудо фронтовое —курчавая головка, славный носик —красив, но только счастья не приносит.И на душе ни радости, ни лада —трофеи не приносят людям счастья.И сдан Берлин, и мерзнет град за градом.Мой ангел, тебе надо возвращаться.Но кто ж вернет нам наших серафимов? —Старинные иконы и окладыя вижу всюду в антикварных лавкахно счастья нет у немцев и у финнов…* * *Я маме неподвижнойчай с медом и бисквитнесу, и что я вижу —она сама сидит!Не вымолвить ни слова,не чудится ли мне? —впрямь всадница Брюллована скачущем коне.Врачи по-философскисказали:– Ей не встать.А вижу стан высокийи северную стать.Два санитара с матомвнесли её домой —ту, что солдат когда-тов больнице фронтовойаж на себе носила,не требуя оплат.Есть подлость, но не силау нынешних ребят.В такой мороз суровый,когда на душах лёд,ты победила снова,как в сорок пятый год.* * *Уезжают русские красавицы —наши женщины – лучшие в мире,Уезжают русские ученые —наши мозги – лучшие в мире.Уезжают русские художники —наше искусство – лучшее в мире.И только русские чиновникиникуда не уезжают —их могут терпеть только в России.* * *Володе в ВенецииВ мою душу,замерзшую на русском Севере,капни несколько строк о горячем солнце,которое согревало тебянедалеко от Венециии раскрашивало твои сны в цветаитальянского неба.Выпей за меня, вечно простуженную,несколько глотков тосканского винаи передай привет той, кто протянет тебе бокалуже безразличным жестом.<p>Разговор с Еленой Сойни о поэзии</p>Владимир Бондаренко. Как ты внутренне определяешь свою поэзию, соотносишь её с трагической, с лирической, с метафорической, или еще какой-либо? Есть ли у тебя, Елена, отношение к своим стихам? Или: пишутся, как пишутся, пусть разбираются критики?
Елена Сойни. У меня своё отношение к поэзии есть. Я заметила, что мне с большей охотой пишется о трагических событиях в своей ли жизни, или жизни страны. Я осознаю, что поэт обязан пропускать через себя все то, что его волнует. Но тем не менее, я стараюсь передать читателям, людям, которые тебе верят, через всю горечь своих жизненных драм все-таки и немного света, немного надежды, немного добра. Когда человеку очень тяжело в жизни, может быть и не имеет смысла браться за перо. Подожди немного, пусть туман рассосется, не уводи своего читателя в полную безнадежность. Ведь поэт, когда пишет свои стихи, может повлиять не только на свою судьбу, но и на судьбу многих читателей. Поэт не должен быть эгоистом. Он должен отвечать и за своего читателя. В этом я согласна со своей мудрой старшей подругой Татьяной Елушковой, у которой я училась в семинаре, и которая часто давала мне и в своих письмах, и в телефонных звонках очень дельные советы. Я боюсь таких пророчеств, которые могут принести что-то недоброе людям. Лучше в этом смысле не рисковать, и не давать себя заносить по ту сторону добра. Хотя это часто бывает для поэта и притягательно.
