Поколения полностью

Вечная ночь, расцвеченная светом крупных звезд, что разукрасили покрывало неба причудливыми узорами созвездий. Одинокий холм, покрытый странными светящимися цветами, внизу которого плещется, вздыхает и ворочается, словно неведомое животное, огромный, уходящий к самому горизонту, океан.

– Кто я? Где я? Зачем?

Сперва тихий удивленный шепот, затем над вершиной холма взвивается вихрь золотистых огоньков, которые, медленно опускаясь вниз, обрисовывают стоящую там человеческую фигуру. Незнакомец оглядывается, словно в недоумении, затем его взгляд падает на украшенный яркими огнями прибрежный город, что расположился дальше по берегу. Некоторое время он смотрит на него, затем поднимает голову к небу.

– Я был тут…когда-то был. Давно. Я помню это место, – шепчут его губы. – Но зачем я здесь? Для чего? Кого жду?

Он замолкает, словно ожидая ответа, но его уши ловят только шелест прибоя, да шорох травы, ерошимой набегающим с океана легким ветерком.

– Зачем я здесь? – повторяет он и вдруг его губы трогает легкая мечтательная улыбка, словно ответ получен. – Ясно. Значит, буду ждать.

Новый порыв ветра срывает с цветов огоньки, размывая светящийся образ мужчины, стирая его невидимой рукой. Миг, и вершина холма вновь пуста.

Его разбудили нежные переливы мелодии, которые ласково, но настойчиво проникли в наведенное пространство его сна, разбив его стройную структуру и заставив открыть глаза. Максим зевнул, повернулся на бок, с хрустом потянулся и, бросив взгляд на протаявшие в воздухе цифры, вскочил на ноги.

– Максим, ты уже поднялся?! – донесся с нижнего уровня голос мамы. – Не забыл, что тебе сегодня на вручение диплома?

– Да, мам, встал. Да не забыл! – крикнул он в ответ и, убрав взмахом руки стену спальни, вздохнул полной грудью воздух, наполненный ароматом цветущих бурноров.

Зеленый шар Алора уже висел над краем горизонта, едва разгоняя ночной полумрак, расцвечивая небо и листву деревьев причудливыми красками. Пройдет еще каких-то полчаса и из-за горизонта покажется голубой диск Талона, а новый день вступит в свои права. Однако с самого детства Максу нравился именно этот промежуток времени, так называемое предутрье, когда окружающий мир начинал просыпаться от долгой тридцатичасовой ночи. В этот момент все вокруг казалось каким-то необычным, загадочным, воздух наполнялся трелями невидимых птиц и становился густым и тягучим точно слизь лакра, а отбрасываемые домами и растениями длинные тени пугали воображаемыми монстрами, что прятались в их глубинах. Максим вспомнил детские страшилки про ужасных кургулов с их липкими щупальцами, рассказом о которых они с друзьями пугали знакомых девчонок, и, коротко хохотнув, раскинул руки в стороны. Возникший посреди комнаты столб воды обвил его тело, бодря, освежая, прогоняя остатки сна, чтобы через пару минут исчезнуть, сменившись вихрем теплого ласкового ветерка. Максим, мысленно отключил душ, мотнул головой, пригладил все еще влажные волосы и принялся одеваться, как вдруг перед его лицом вспыхнула полупрозрачная пирамидка, внутри которой мерцал зеленый огонек. Юноша удивленно приподнял правую бровь и провел по виску, как бы рисуя на нем невидимый треугольник.

«Макс, ты уже готов идти?»

Мелодичный девичий голос, вкрадчиво прошелестевший в его голове, заставил парня тяжело вздохнуть и воздеть глаза к потолку.

«Отра, еще предутрье не закончилось, я только встал, да и до церемонии больше часа».

«Точнее один час двадцать четыре минуты. К тому же у нас тут давно день».

«Ах да, ты же на островах», – Максим повел воздухе пальцами разворачивая перед собой зеркало и саркастически оглядывая себя со всех сторон. – «Хорошо отдохнула?»

«Скучно было, но, если тебе интересно, расскажу все в подробностях. Открой доступ».