– Не ссорьтесь, – попыталась успокоить влюбленную парочку Бережная, – это не секрет для многих, что Аида Гасанова – давняя любовница Первеева. Она, когда в наш город приехала из Ставрополя, вышла на Федора Степановича, ну и закрутилось у них. Он составил ей протекцию, и теперь она достигла определенных высот. Сейчас Аида Оруджевна уже в возрасте, да и Федор Степанович – не юноша. Но тогда ей было тридцать с небольшим хвостиком, она была привлекательна и, по утверждению очень многих, очень темпераментна в постели.
Бережная с такой уверенностью говорила все это, хотя и сама растерялась от того, что только что узнала. Как все просто получается! Поэтому все сходило с рук судье Гасановой – ее прикрывал Федор Степанович Первеев.
– Теперь главное, чтобы она, когда с ней будут беседовать, не прикрывалась вашим отцом, – вздохнула Вера, – начнут копать, и многое всплывет – может, даже такое, что и я не смогу помочь.
– Да Аида – стерва еще та! – сорвалась Илона. – Она швабра старая, еще и к Филе моему клеилась! Сразу после развода подошла к нему, сказала, что это дело надо отметить, и пригласила к себе. Слава богу – я в тот вечер к нему приехала, а не осталась у родителей. В дверях его застукала, он – такой наряженный, выбритый, надушенный, с бутылкой шампанского из квартиры выходит. Спрашиваю: «Ты куда такой красивый?» Отвечает: «Тебя встречаю». А я ведь даже не предупредила, что приеду тогда. Остался он со мной, а через пять минут Аида сама в дверь звонит, заявилась в платье с декольте до пупа, а что там, кроме силикона, ничего нет…
– Все не так было, – поморщился Филипп.
– А как? – засмеялась Илона. – Все именно так. Я потом, когда он пиджак снял, сунула руку в его карман, а там пачка презервативов. Охота ему было связываться со старухой – любовницей своего отца. Прямо как про этого… как его, который со сфинксом… Забыла имя.
– Эдип, – подсказала Бережная.
Филипп сидел красный от злости.
– Ты такая дура, – наконец выдавил он, посмотрев на невесту.
– Конечно, – согласилась та, – потому что люблю тебя, несмотря ни на что.
– Ладно, ребята, – произнесла Вера, поднимаясь, – вы тут не ссорьтесь, а мне спешить надо.
Филипп тут же вскочил:
– Я провожу вас.
Илона тоже стала собираться, но жених сказал:
– Я сейчас вернусь.
Когда они вошли в лифт, Бережная предложила:
– Давай на «ты» перейдем, а то мы с Иришей… Прости, я все по-старому ее хочу назвать. Мы с Илоной – подруги, а ты со мной, как с незнакомой теткой.
– Я с радостью, – согласился Филипп, и лицо его порозовело. – Ты не тетка, ты просто замечательная!
Они вышли из кабины.
– И все-таки вернемся к нашим баранам, – перейдя на деловой тон, сказала Вера, – договорись со своим адвокатом о встрече с Перумовым.
– А разве не ты…
– Нет, нет, нет, – покачала головой Вера, – я не хочу светиться. Кроме того, я человек занятой. У меня все дни расписаны. Я и сегодня-то вырвалась потому только, что рядом была. Договорись со своим адвокатом. У тебя же есть адвокат? Кто тебя на разводном процессе представлял?
– Вообще я сам, потому что с Гасановой заранее договоренность была. А так для вида мы позвали какую-то девочку из адвокатской конторы Фарбера. Но она почти ничего не говорила – постояла в качестве мебели, а мы потом Фарберу две тысячи долларов ни за что дали. Он еще сказал, что для нас из уважения к отцу сделал существенную скидку.
– Честно говоря, – призналась Бережная, – я только фамилию его слышала, а как он дела ведет, не знаю.
– Как все, – пожал плечами Первеев-младший, – как ваш этот самый, то есть как адвокат Аньки: тоже берется лишь за выигрышные дела.
– Ну и прекрасно. В твоем случае ему и делать ничего не придется. Ты сделаешь Анне Владимировне встречное предложение, от которого она не сможет отказаться. Ты возвращаешь ребенка, а она отзывает иск. Только сначала закрепите эту договоренность документом. Но это адвокаты без вас сделают. Привезешь с Кипра ребенка и отдашь бывшей жене… И на этом всё.
– А отцу что я скажу?
– Придумай что-нибудь. Будто жить без мальчика не можешь. Что опека приходила проверять, как ребенок себя чувствует. Раз пришла, потом второй, а на третий решит, что ребенка у тебя нет. Тем более что ни детской комнатки, ни детских вещей, ни игрушек…
– Я понял.
Они стояли возле подъезда, а белый «Роллс-Ройс» с включенными фарами неподалеку… Вера махнула рукой, и автомобиль покатил к ним.
– Погоди! – вспомнил Филипп. – Я все про карьеры, про щебенку думаю. Насколько велик шанс выиграть тендер?
– Почти стопроцентный. Ты свяжешься с помощницей того депутата, обаяешь ее – у тебя это хорошо получится, и вперед.
Машина остановилась, вышел водитель, распахнул дверь перед Бережной.
– Не хочется с тобой расставаться, – вздохнула она, – но мне кажется, что скоро мы будем видеться чаще. Так что до встречи!
Филипп осторожно прикрыл дверь, посмотрел вслед отъезжающему «Роллс-Ройсу». Автомобиль почти бесшумно выехал на проспект, так же без рева двигателя стремительно набрал скорость и исчез.
Он вернулся домой, начал снимать обувь. Из комнаты выскочила Илона.
– Проводил? – спросила она.
Первеев кивнул.
