Под одной из пальм в удобном кресле, закинув ногу на ногу, расположился очередной подручный местного мафиози. «Томми-ган» стоял прикладом вниз, прислонённый к креслу, а обладатель полуавтоматического оружия перочинным ножиком сосредоточенно выковыривал грязь из-под ногтей. Снова нашлась работа для моего «миротворца», как я любовно называл свой клинок. После того как тот до рукоятки вонзился в грудь бедолаги, позади раздался восхищённый вздох. Хм, оценили моё мастерство, и то приятно!
— Не шумим, тихо двигаемся за мной.
На лестнице нам никто не встретился. Сгруппировавшись, мы заняли позицию возле двери, из-за которой раздавались возбуждённые голоса. Слов было не разобрать, но, судя по всему, там проходил жёсткий разбор полётов.
— Вышибаю дверь, ломимся внутрь, кладём всех, кроме Гарри, — полушёпотом предупредил я подельников. — И не дай бог будет затронут хоть один его жизненно важный орган. И вообще, беру его на себя. Лэнс, как выглядит этот тип?
— О, ты его узнаешь сразу! Маленький, похожий на лису и рыжий в придачу.
— Маленький, говоришь? Хе, как-то не соотносится с фамилией… Ладно, все готовы? Приготовились… Пошли!
Мощный удар ногой — и дверь нараспашку. Мгновенно оцениваю обстановку. Один в углу, двое за столом, четвёртый, похоже, и есть тот самый Гарри. Без пиджака, с тёмными полосами подтяжек на белой сорочке, замер на полуслове, таращась в нашу сторону. К нему-то я метнулся первым делом. Подсечкой свалил на пол, прижав к паркету щекой, сам навалился сверху и приставил к его виску ствол револьвера.
— Не рыпайся, иначе одной дыркой в голове будет больше.
Хорошо, что я догадался перевести главаря в лежачее положение, потому что спустя мгновение над нашими головами засвистели пули. Причём в одном направлении — от входа вглубь комнаты. Пальба длилась меньше минуты, после этого последовал одиночный выстрел. Видимо, кого-то добивали. На наше счастье, из смежной комнаты никто не выскочил с автоматом наперевес.
— Вставай, — поднимаясь, приказал я Лонгмэну. — И не вздумай дёргаться, моё предупреждение остаётся в силе.
Рыжий медленно поднялся, расширенными глазами озирая лежавшие в лужах растекающейся крови нашпигованные пулями останки своих товарищей. Ну да, я прекрасно понимаю его состояние. Но что делать, как говорится, a la guerre comme a la guerre[41]… Главное, что среди наших ни одной потери.
— Ещё кто-то в доме есть?
— Н-нет, — булькнул тот, не отводя взгляда от поверженных тел.
— Поедешь с нами, — сказал я, подталкивая Гарри к выходу.
Через час я, Лэнс и наш пленник находились в подвальном, хорошо изолированном помещении на территории, подконтрольной Джордану. Точнее, в его автомастерской, где ворованные автомобили меняли свой облик и номера. Теперь уже Гарри предстояло побывать в моей шкуре, каким я был не так давно на допросе у Костелло. Ирландец сидел на стуле со связанными за спинкой руками, испуганно косясь в нашу сторону.
— Лэнс, что за херня, — хриплым голосом спросил он Джордана. — Что я тебе сделал? И кто этот тип?
— Этого типа зовут Фил Бёрд, твои парни пытались вечером превратить его в решето, но крупно облажались.
А мы с мистером Бёрдом, между прочим, компаньоны по бизнесу. Ну а мне лично ты насолил тем, что заставил работать на себя моего человека.
— Не понимаю, о чём речь, — пробормотал Лонгмэн, однако забегавшие глазки выдали его с головой.
— Слушай сюда, Гарри. — Я придвинул табурет почти вплотную к нему. — Я хочу знать, почему меня хотели убить. Честно сказать, сомневаюсь, что это твоя частная инициатива. Мы с тобой никогда не пересекались и дорогу друг другу не переходили. Итак, кто меня заказал?
— Эй, парни, вы что-то путаете! Я здесь вообще ни при чём!..
Короткий удар под ложечку заставил Гарри подавиться словами.
— Повторяю вопрос. Кто. Меня. Заказал?
Отдышавшись, ирландец глянул на меня исподлобья, лицо его скривила гримаса.
— Да пошёл ты! Вонючий русский, я тебя придушил бы собственными руками.
— Значит, по-хорошему не хочешь? Ладно.
Я взял с верстака пассатижи, обошёл пленника сзади и без лишних предисловий заключил мизинец его левой руки в металлические клещи.
— А-а-а!
— Неужели больно? Ай-яй-яй, какой плохой дядя делает больно хорошему мальчику…
Я ещё сильнее сдавил палец, послышался хруст, и тут уже Лонгмэн завопил, что называется, благим матом.
— Ну что, будем говорить или как?
— Я не давал команды тебя убивать! Я тебя вообще не знаю! — стонал он, пуская слюни.
— Значит, придётся продолжить, — с видимым сожалением сказал я, обхватывая пассатижами следующий палец.
Ирландец сломался на третьем пальце.
— Хватит, я всё скажу! Только прекрати, — стонал он с мокрыми от выступивших слёз глазами.
— Замечательно, а то мне и самому не нравится причинять людям боль. Мы с мистером Джорданом готовы тебя, Гарри, внимательно слушать.
