Ломбард поднялась, поставив недопитый бокал на столик, подошла к широкому окну, любуясь панорамой ночного Лос-Анджелеса.
— Красивый, но жестокий город, — сказала она, обхватив себя руками. — Сколько судеб здесь было сломано, сколько несчастных девушек, так и не сумев стать актрисами, покончили с собой.
— Но тебе-то повезло.
— Пожалуй, можно и так сказать.
— Нескромный вопрос: есть у тебя сейчас мужчина? В смысле, с кем-то встречаешься?
— И впрямь нескромный, — повернулась Кэрол и улыбнулась краешком губ. — А что, я отвечу, отвечу честно. Да, есть мужчина, и его зовут Кларк Гейбл. Тот самый, который утверждён на роль Ретта Батлера в экранизации книги Митчелл «Унесённые ветром». Пресса уже не раз писала о нашем романе, это не секрет. Кларк готов бросить свою жену, которая старше его на семнадцать лет, но та поставила жёсткие условия. Если Кларк их выполнит, он будет разорён… Боже, и чего это я с тобой так разоткровенничалась?!
Она медленно подошла ко мне. Я сделал попытку приподняться, но Кэрол положила свои узкие ладони на мои плечи, заставив меня откинуться на спинку кресла. Кончик её языка медленно облизал верхнюю губу, а колено вдавилось в мою напряжённую промежность.
Ёшкин кот! Вот такого развития событий я точно не ожидал. Ну как не ожидал… Подозревал в глубине души, однако морально как-то не был к такому готов.
— А как же обещание тебя не домогаться? — напомнил я наш уговор, едва ворочая языком в моментально пересохшем рту.
— Но в этом договоре ничего не говорилось о том, что я не могу домогаться тебя, — изогнула она тонко выщипанную бровь. — Так что расслабься, ковбой.
В конце концов, я нормальный гетеросексуальный мужчина, и ничто человеческое, как говорится, мне не чуждо. А год с лишним полового воздержания из кого угодно сделают зверя. И когда её лицо с огромными глазами приблизилось к моему, я не выдержал! Схватил Кэрол в объятия и через пару секунд она уже без халата лежала в постели, являя моим глазам идеальные пропорции своего тела.
Мы целовались, как двое изголодавшихся по сексу людей. Уж я-то точно, а Кэрол, видно, по жизни была ненасытной в этом плане особой. В любом случае, я уже не собирался давать ей спуска. Впрочем, у меня хватило самоконтроля не сразу пускать в дело свой детородный орган, а начать с прелюдии. После того, как наши губы распухли от жарких поцелуев, я принялся исследовать языком её тело, заострив внимание на аккуратных светло-коричневых сосках, венчающих тугие груди.
— О да! — простонала Кэрол, закусывая нижнюю губу и выгибая шею. — Делай это, ковбой!!!
Я и делал. В XXI веке в вопросах секса люди были, пожалуй, несколько искушённее, нежели мои нынешние современники, хотя об обитателях развратного Голливуда я не зарекался бы. Как бы там ни было, я применил часть богатого арсенала, почерпнутого из собственного прошлого-будущего, и не только из фильмов на немецком языке, но и личного опыта. В итоге моя любовница испытала далеко не один оргазм, причём каждый последующий был ничуть не слабее предыдущего.
Прошло, наверное, часа полтора, пока мы наконец угомонились, и Кэрол неуверенной походкой отправилась в ванную комнату. Впору, глядя задумчиво в потолок, закурить, осмысливая произошедшее. Но я не курил, поэтому плеснул себе в стакан виски и выпил залпом. А когда Ломбард появилась, снова закутанная в халат, но уже с тюрбаном на голове, я чмокнул её в щёку и сам проскользнул в ванную. Решив остудить разгорячённый плотскими утехами организм, встал под холодные струи душа, приводя в порядок свои мысли. На фоне радости от триумфа, который наверняка испытывает каждый мужчина после удачного секса, занозой покалывала мыслишка, что вот не сдержался, изменил Варе. И не нужно искать оправданий, что, мол, это всего лишь секс после многомесячного воздержания, и не более того. Пусть я не был уверен, что там, за океаном, Варя блюдёт невинность для меня, однако сейчас я отвечал только за себя, и следовало признать, что желание затмило разум. Слаб человек, и ничего с этим не поделаешь.
— Спасибо, это было незабываемо! — промурлыкала Кэрол, когда я вернулся.
Она лежала, укрытая покрывалом, под которым угадывались плавные изгибы фигуры, её волосы уже были распущены. Я откинул край покрывала и улёгся рядом, просунув руку под её ещё влажные волосы. Без косметики она выглядела по-другому, несколько беззащитнее.
— Как же ты утром пойдёшь ненакрашенная? А если внизу будут дежурить папарацци?
— Кто будет дежурить?
— Па… Хм, в общем, репортёры.
— Ах, эти… Мне ли их бояться, они разве что в туалет за мной не ходят. Но у меня в сумочке есть косметичка, так что на этот счёт можно не переживать.
— А если обо всём узнает Кларк?
— Устроит скандал, сделает вид, что бросает, но потом всё равно ко мне вернётся, — уверенно заявила Кэрол. — Он у меня крепко сидит на крючке.
