Да, за ней действительно наблюдали! Наблюдала вдовствующая графиня, сидевшая по другую сторону стола. Но вместо того чтобы отвести взгляд, как сделал бы любой нормальный человек, пожилая леди улыбнулась Джейн и только после этого повернулась к мистеру Джону Гранту – вдовцу и бывшему супругу старшей сестры лорда Чентона, а также отцу восьмерых сыновей, двое из который сейчас сидели за этим столом.
Джейн тяжело вздохнула. Ох, она сбежит в свою комнату, как только сможет!
– Позвольте положить вам еще запеченного фазана, мисс Уилкинсон, – послышался голос лорда Эванса, и в тот же миг сердце ее заколотилось, а рука задрожала.
Хорошо хоть не расплескалось на скатерть красное вино, бокал с которым она в этот момент подносила к губам.
До этого граф был очень занять беседой с леди Шарлоттой, сидевшей по правую руку от него, и, вероятно, только сейчас заметил, что она, Джейн, тоже здесь присутствует.
А эта леди Шарлотта, миниатюрная блондинка, очень напоминала фарфоровую куклу. И всякий раз, улыбаясь, она опускала голову – насколько Джейн заметила, ни разу не посмотрела никому в глаза. Но о чем граф мог разговаривать с этой дурочкой? Впрочем, это его личное дело.
Упорно глядя на свой бокал, Джейн ответила:
– Нет, спасибо.
Но граф по-прежнему держал перед ней блюдо с фазаном – словно не слышал ее ответ. Тогда Джейн посмотрела прямо ему в лицо и отчетливо проговорила:
– Милорд, благодарю вас, но я больше не хочу фазана.
Он нахмурился, глядя в ее тарелку.
– Вы почти ничего не съели…
Она пожала плечами.
– Может, и так, милорд. А вы что, моя нянюшка?
Лорд Эванс широко улыбнулся.
– Ох, слава богу… А то я уже подумал, что феи утащили настоящую мисс Уилкинсон и оставили вместо нее покорного и кроткого подменыша.
«Тебе же вроде бы нравятся кроткие женщины», – мысленно ответила Джейн. К счастью, вслух она этих слов не произнесла. И вообще, какое ей дело до того, каких женщин он предпочитает?
– Значит, вы уверены, что не хотите взять кусочек? – Он понизил голос. – А ведь вам потребуются все ваши силы, чтобы выдержать натиск моей сестры. – В его глазах засверкали веселые искорки. – Я слышал, как она вас допрашивала.
«Выходит, он был не настолько очарован леди Шарлоттой, чтобы забыть о моем существовании», – промелькнуло у Джейн.
– Знаете, милорд, а вы могли бы прийти мне на помощь…
Он ухмыльнулся.
– Я не рискнул – боялся, что вы покусаете меня. Поверьте, я выучил этот урок еще во время вашей беседы с мистером Вертриггером.
Джейн почувствовала, что краснеет.
– Приношу свои извинения, если вам показалось, что я была… грубовата. Видите ли, меня ужасно раздражал этот человек.
Граф снова ухмыльнулся.
– Всего лишь раздражал? А мне-то казалось, что вы вот-вот выпотрошите его прямо там, на поляне.
Джейн пожала плечами. Что ж, ей и впрямь очень хотелось это сделать.
– Он ведь наврал мне… то есть комитету, – пробормотала она.
– Мисс Уилкинсон, кто вам наврал?
Услышав голос леди Чентон, Джейн вздрогнула – и едва не выбила из руки лорда Эванса блюдо с фазаном. А свой бокал, к несчастью, опрокинула.
Она бросилась ловить бокал, а граф тем временем жонглировал фазаном.
– Ох, простите, что напугала вас, – с улыбкой произнесла леди Чентон. И Джейн подумала, что та вот-вот начнет играть бровями – как частенько делали сестры Болтвуд, когда им казалось, что они стали свидетельницами очередного любовного романа. – Но вы как будто слишком уж… гм… увлеклись беседой, – добавила виконтесса.
Джейн ожидала, что лорд Эванс одернет сестру, но он почему-то этого не сделал. Тогда она украдкой взглянула на него, и оказалось…
О Боже, он смотрел на вырез ее платья! Во время этой суматохе с вином и фазаном шаль соскользнула с ее плеч, и Джейн, быстро вернув шаль на место, повернулась к хозяйке дома.
– Мне наврал человек по имени Уолдо Вертриггер, леди Чентон.
– О, называйте меня просто Дианой, – сказала виконтесса. – И я надеюсь, что вы позволите мне называть вас Джейн. В конце концов, это же просто семейная встреча, так что никакой официальности…
– Да, конечно… – робко отозвалась Джейн. Но она-то – не член семьи. Впрочем, скоро некая связь, возможно, появится… Рэндольф и леди Элдон, едва увидевшись, уже не отводили друг от друга глаз, и теперь, сидя рядом за столом, они о чем-то тихо беседовали.
Тут лорд Эванс – уж наверное, леди Чентон не собиралась предлагать ей называть графа по имени – повернулся к сестре и проговорил:
– В своем объявлении этот человек написал, что у него в зверинце имеется живой кенгуру. Но когда он явился в Лавсбридж, то оказалось, что у него было только чучело. И мисс Уилкинсон пришлось объясняться с этим шарлатаном.
Обращаясь к сестре, граф чуть приподнялся, и сейчас лицо его находилось всего в нескольких дюймах от Джейн. «Как приятно от него пахнет», – подумала она. Окинув взглядом его профиль, она вдруг заметила в уголке его губ небольшой шрам. Но как же он…
– Все верно, мисс Уилкинсон? – Он улыбнулся ей. – Или я тоже могу называть вас Джейн? Ведь Диана сказала, что это семейная встреча…
