— Я понимаю, что ты не хотела, — сказала Рианон устало. — Помоги Мне надеть рубашку и платье, и я думаю, что мне нужно заплести косу. А потом можешь идти.
— Королева желает тебя видеть, — вдруг вспомнила Магдалина.
Рианон вздохнула. Ей не нужно было сочувствие Альсвиты. Оно несколько запоздало. Но ей все равно придется встретиться с ней и другими женщинами, и нужно как Можно скорее пройти через все это.
Она оделась с помощью Магдалины и медленно пошла в усадебный дом. Дети приветствовали ее у дверей, и она брала их на руки и крепко их обнимала, стараясь избегать взгляда Альсвиты. Но через некоторое время Альсвита настояла, чтобы она присела и съела что-нибудь, и тут-то началось самое неприятное. Альсвита пыталась убедить ее, что брачная ночь для любой женщины просто пытка, даже если она вышла замуж по любви, за нежного и доброго человека. Пока королева говорила, что со временем станет лучше, что боль пройдет, Рианон сидела, уставившись в стол. Она едва дышала и не могла вымолвить ни слова.
— Тебе очень было больно? — спросила королева сочувственно.
— Нет, — выдохнула Рианон.
— О моя дорогая…
Рианон встала, сжав пальцы в кулаки, стараясь совладать с собой.
— Он не причинил мне боли, — произнесла она пылко. — Пожалуйста, ради Бога, Альсвита, разве обязательно говорить об этом?
— Нет, конечно, нет, — королева внезапно замолчала, смотря куда-то мимо нее. Рианон поняла, что кто-то вошел в зал и стоит за ее спиной. Она быстро обернулась.
Это был старик с бесконечно длинной бородой и коричневым от старости морщинистым лицом. На нем было какое-то странное длинное одеяние и смешная шляпа, и он наблюдал за нею строгим и непроницаемым взглядом.
— Рианон, — сказала Альсвита. — Это Мергвин, э… человек Эрика. — Она хотела сказать «слуга», Рианон была уверена в этом, но знала, что ни один человек на свете не осмелится назвать его слугой.
— Я — Мергвин, — сказал он Рианон. — Некоторые называют меня друидом, другие сумасшедшим, но я предан королю всей Ирландии и, конечно же, его клану. Я пришел, чтобы забрать тебя домой.
— Домой? — на мгновение Рианон затаила дыхание и ее сердце, казалось, забилось слишком часто. Домой!
К нему домой? Он что собирается перевезти ее за море? Она никуда не поедет, и они не смогут принудить ее!
— Назад на побережье. Мы будем ждать Эрика там.
— О. — Она задохнулась. Она хотела было отказать, потому что решила сопротивляться всему, что исходило от Эрика.
Но здесь ей было нечего делать. Она любила Альсвиту и детей, но теперь между ними было определенное расстояние. Альфред ушел на войну, и Рауен тоже. Да и Эрик.
— Может быть, ты остаешься, — начала Альсвита. — Нет, благодарю, но я думаю, мне лучше поехать домой. — Она улыбнулась древнему старцу с длинной взъерошенной бородой и посмотрела ему в глаза. Темные, древние глаза. Она вспомнила, как он улыбался ей во время свадебной церемонии. Он был теперь единственным человеком, которому она доверяла, хотя никогда не видела его прежде.
Похоже, что человек с характером, — быстро пронеслось у нее в голове.
…Тем не менее он ей понравился. Она что-то почувствовала в нем, может быть, тепло и надежность. — Да, мне лучше поехать домой. Альсвита сказала, что будут сделаны все приготовления, ей дадут лошадей и эскорт, но Рианон совсем не слушала ее. Она внимательно следила за стариком.
Потом она поцеловала Альсвиту и детей, попрощалась с ними и вышла с Мергвином. Во дворе приготовления шли полным ходом. Большинство мужчин ушли с королем, но Рианон было положено следовать с эскортом. Двое юношей, гораздо моложе ее и старая кухарка Кейт были заняты укладкой провизии, чтобы они смогли утолить голод, когда остановятся на ночлег.
Альсвита выражала свое беспокойство, но Рианон поцеловала ее в щеку и быстро залезла на чалую лошадь, которую Альсвита дала ей.
Несмотря на свой возраст, Мергвин взобрался на свою лошадь с удивительным проворством и легкостью.
Он увидел, что Рианон наблюдала за ним и нахмурился.
Когда я стану слишком старым, чтобы быть полезным, молодка, я получу свое заслуженное вознаграждение.
Он хмыкнул, а Рианон подумала, о каком вознаграждении он говорит. Она наклонила голову, пряча улыбку. Они отправились в путь, а дети и все дворовые люди махали им вслед.
Они были всего в нескольких милях от Варенхема, когда Рианон приблизилась к друиду.
— Он ведь вернется, правда? — спросила она. — Ты знаешь, что он вернется. Эрик Дублинский вернется из этого сражения.
Он посмотрел на нее удивленно:
— Конечно, он приедет домой.
— А король?
— Король предназначен для многих великих дел.
— Тогда он тоже вернется домой.
— В этот раз, да.
— В этот раз?
Глаза друида встретились с ее взглядом.
— Это ведь только начало, миледи. Осиное гнездо растревожили, и скоро ад вырвется наружу. Но так и должно было случиться, а вот как обойдется с ним судьба, не мне судить.
— Откуда ты знаешь? — спросила Рианон. Он вскинул белоснежную бровь.
— Откуда я знаю? Слушай, — он взял ее за руку. — Прислушайся к деревьям, к буре на земле, к шторму на море. Слушай, и ты узнаешь.
Рианон откинула волосы.
