Имдико раскачивался вперед и назад снова и снова, пытаясь усилить ощущения. К сожалению, то, что он оказался зажатым между столом и Транисом, не давало ему возможности двигаться. Давление на его внутреннюю горячую точку было приятным, но его было недостаточно. Далеко нет.
Его голос задыхался от желания, он перехватил отяжелевший взгляд Траниса, умоляя его:
— Трахни меня. Пожалуйста, драмок.
Взгляд Траниса был мягким. Его рука легла на плечо Дегорска и легонько толкнула его так, что живот и грудь имдико легли на стол. Дегорск протянул руку и ухватился за дальний край.
Транис вышел почти до конца, а затем с силой вошел, его рука на плече Дегорска дернула его назад, чтобы сделать контакт ещё более глубоким. У Дегорска перехватило дыхание, когда горячая точка внутри наконец-то получила нужное ему давление. Расплавленный жар наполнил его живот. Он вскрикнул и приподнял свою задницу выше, умоляя о большем.
Драмок ответил на его мольбу. Плоть шлепалась о плоть так громко, что эхо разносилось по маленькой комнате. Снова и снова Транис попадал по этому чувствительному месту внутри, заставляя Дегорска чувствовать, как его внутренности выворачиваются наизнанку от экстаза. Тем временем крепкий кулак работал над его членом, заставляя всё внутри напрягаться. Дегорск рыдал и корчился, приближаясь к кульминации. Он вцепился в стол изо всех сил. Примитивная часть его мозга, та, что хотела убежать от голодного хищника, пыталась вырваться. Она кричала ему, чтобы он убрался подальше от грядущего распада, что кульминация будет слишком сильной. Большая его часть приветствовала освобождение, грозившее катастрофой.
Глубокий голос, такой добрый и в то же время такой опасный, позвал его:
— Оставь сопротивление, имдико. Сдавайся.
Его тело подчинилось команде, будто принадлежало кому-то другому. Где-то глубоко в животе Дегорска разверзся ад, обжигая пламенем. Огненный поток расплавленной лавой хлынул через его члены, выстреливая через передний пенис густыми струями. Рука, держащая его там, так сильно сжимала и дрочила, сжимала и дрочила, с силой выкачивая его до последней дрожащей восхитительной капли. Блаженство пульсировало в теле почти болезненными толчками, когда кульминация подошла к медленному, неохотному концу.
Транис застонал и с силой ворвался внутрь, плотно прижавшись к ягодицам Дегорска. Член в его заднице раздулся, и драмок закричал. Дегорск почувствовал ровный ритм освобождения, когда он наполнил его спермой. Затем, когда последние остатки удовольствия иссякли, Транис лег на него, накрыв Дегорска своим телом.
Они оставались в таком состоянии несколько мгновений, тяжело дыша, пока не пришли в себя. Дегорск позволил себе не думать, паря в мирном пространстве. Он был доволен ощущением тепла и комфорта рядом с кем-то, позволяя посторгазменной неге успокоить его разум.
Слишком скоро восхитительная тяжесть драмока исчезла с его спины. Дегорск выпрямился и понял, что его сотрясает мелкая дрожь. Транис быстро привел в порядок свою одежду. Заметив, что у Дегорска возникли некоторые трудности, он помог имдико натянуть штаны. Выхватил из медочистителя какие-то тряпки и принялся вытирать с пола то, что выплеснулось из Дегорска.
Сделать так, чтобы его дрожащие ноги перешли на другую сторону стола, стоило огромных усилий, но Дегорск справился. Он посмотрел на свой стул и сжал губы в мрачную линию. Он проявил достаточно слабости для одного дня. Он останется стоять.
— Дай мне минутку, и я выпишу приказ, позволяющий тебе вернуться к обязанностям. — Он застучал по клавиатуре.
Транис сложил грязные тряпки в мусорное ведро. Он на мгновение уставился на Дегорска, прежде чем обойти стол и оказаться рядом с ним. Прежде чем доктор успел среагировать, он снова оказался в объятиях Траниса. Нежный поцелуй драмока почти заставил его дрожащие колени подогнуться.
Дегорск отстранился, разрывая поцелуй.
— Достаточно, хорошо?
Транис посмотрел на него прищуренными глазами, затем кивнул.
— Пока достаточно. Думаю, позже нам стоит поговорить.
Когда первый помощник вышел, Дегорск заставил себя не обращать внимания на то, как сильно ему хотелось, чтобы его снова обняли. Пришло время вернуться к той жизни, какую он знал. У него была работа и обещания, которые нужно выполнять. Слишком увлекшись Транисом, можно разрушить все стены, которые он так старательно возводил.
С искренним сожалением он подумал: «Это слишком близко, мой воинственный драмок. Нам не нужно становиться ближе, чем сейчас».
* * * * *
Лидон стоял на своем посту, получая донесения от разведывательных групп с борта того, что осталось от оборонительной станции. Новости были столь же неутешительные, как они и боялись. Он воспользовался моментом, чтобы отвлечься от приятного запаха, исходящего от Траниса, который присоединился к Пирасу на капитанском мостике. Это был особый аромат, который Лидон хорошо знал, запечатлев его в своей памяти. Ощущать его вместе с мускусом Траниса, смешанного с остатками его собственного запаха, было восхитительно.
