— Вопросов много, Борис. Запиши их, разбей тематически и начинай искать ответы, но только не на все сразу. А теперь пора сваливать. Нам еще нерадивую королеву сыска надо бы домой добросить. Она ведь тоже потерпевшая. Хорошая у тебя была машина, Настена.
Машина пролетела мимо поста ГАИ на скорости свыше ста километров в час.
Инспектор успел заметить марку, цвет и первые две цифры номера. Буквально час назад поступило сообщение об угоне похожей машины. На сигналы жезла и свистки угонщики не остановились.
В дежурной патрульной «десятке» сидели двое дежуривших инспекторов.
Лейтенант подскочил к машине.
— Ребята, «фелицию» видели? Надо брать, она в угоне, а я дам эстафету дальше по постам.
Времени на ответ не оставалось, завыла сирена, и они рванулись следом за исчезнувшей в ночи машиной.
— Поднажми, Коля.
— На тринадцатом километре их тормознут.
— Возможно, если они с шоссе не свернут. У них есть выбор.
Машина набирала скорость.
— Мы их не догоним, Коля. Долго раскачивались.
— Да не бубни ты! Раскаркался.
Им повезло. Машину увидел старший, сидящий рядом с водителем. Можно сказать случайно.
— Тормози, Коля, проскочили.
Завизжали тормоза. «Десятка» остановилась в сотне метров впереди. Дали задний ход.
«Фелиция» стояла у обочины с выключенными огнями. Патрульные выскочили из машины с оружием в руках и окружили иномарку.
Сквозь стекла просматривался чей-то силуэт. Распахнув дверцы, они выставили пистолеты вперед.
— Руки на затылок, выходите из машины!
На переднем сиденье рядом с водительским сидела молодая женщина с откинутой назад головой. На лбу, у самых корней волос, кровавый подтек, руки закованы в наручники, а под ногами валялась короткая резиновая дубинка.
— Она без сознания.
Старший вернулся к патрульной машине и взялся за рацию.
— Четвертый, я седьмой.
— На связи, говорите.
— "Фелицию" настигли. В машине раненая женщина в отключке. Водитель ушел.
— Ключи оставил?
— В замке зажигания.
— Пригоните ее на пост, а я вызову «скорую». Сильно пострадала?
— Ссадина на голове. Оглушили.
— Значит, выкарабкается. Действуй, седьмой.
— Понял, отбой.
Он вернулся назад.
— Садись, Толик, в «фелицию» и едем на пост. Я поеду за тобой и буду приглядывать.
— Врач нужен.
— Уже позаботились. Красивая девка.
— Похоже на похищение.
— Разберемся.
Обе машины развернулись и неторопливо поехали назад.
Всю ночь Настя ворочалась с бока на бок, но уснуть так и не могла. В шесть утра встала, выпила кофе и поехала к Метлицкому.
Метлицкий всегда ночевал дома, и она не сомневалась, что его застанет, но чтобы не будить в такую рань, не стала звонить ему по телефону и отрывать от сладких снов раньше времени.
Дорога заняла час. Еще десять минут пришлось стоять за дверью и жать на кнопку звонка. Наконец дверь распахнулась. Метлицкий не числился среди тех, кто убивал своей внешностью наповал. А вид, с которым он встретил гостью, и вовсе мог напугать любую добропорядочную даму.
Взлохмаченные волосы, семейные трусы до колен, выступающие ребра, как у Кощея, и зеленоватое лицо с мешками под глазами. Все это компенсировалось его незаурядным репортерским талантом, огромной трудоспособностью и настырным характером.
— Привет, Бельмондо. Разбудила?
— Хороший вопрос. А главное — неожиданный.
— Я войду?
— Уж лучше войди ты, чем выйду я.
Крохотная однокомнатная квартирка, похожая на фотолабораторию, библиотеку, приемный пункт вторичного сырья с раскладушкой посреди комнаты. Кровать в дом не покупалась принципиально, ибо ее нельзя складывать и выносить на балкон. Тут места и без того не хватало для хлама, альбомов с фотографиями, папок с вырезками из газет, негативов и фототехники.
— Присаживайся, если найдешь место.
— Идем на кухню и попьем кофе.
— Только вари сама, а я умоюсь и поищу штаны. Помню, что они у меня были.
Еще минут десять ушло на приготовление завтрака, и наконец они сели за крохотный столик у окна.
— Жду приговора, госпожа начальница. Ведь так просто тебя сюда никакими коврижками не заманишь. Кто, где, что, когда?
Настя рассказала Метлицкому вчерашнюю историю. Больше всего сожалела о машине, которую теперь не найдут, и о том, что позволила выставить себя дурой.
— Не бей себя в грудь и не терзайся, Настена. Паспорта у своих клиентов мы сроду не проверяли. Это людей настораживает, а вот договор с ней надо было подписать. У тебя полный ящик типовых бланков. И аванс потребовать не мешало бы.
— Хорошо соображать задним числом. И потом я еще не знала, браться за ее дело или нет. Искать в Москве взбалмошную бабу, зацикленную на мужиках, — пустая трата времени.
— Однако ты ее нашла.
— Я потеряла то, что у меня было, а нашла только труп в этой чертовой деревне Синицино.
— Как ты ее назвала?
— Синицино. Четвертый километр Варшавского шоссе и еще немного в сторону.
Метлицкий задумчиво посмотрел в окно.
— Очень смахивает на прикол. Вот только кому это надо? «Фелицию» можно угнать дешевле и проще. Чай не «мерседес».
— Ты все еще не проснулся, Женечка, или жизнь тебя довела до ручки? — Настя закурила.
