Юбка зашелестела, пока я поднималась с колен. Неторопливо обошла герцога, пока не оказалась напротив него. На раскрасневшемся от жара и возбуждения лице Александра замерла улыбка. Он соблазнял меня ей, манил. Да у меня и не было никакого желания противиться, ведь я сама затеяла эту игру. Потянулась рукой за спину, нащупывая спрятанный шнурок, медленно потянула. Мгновенно почувствовала облегчение, когда давление на грудь и живот ослабло. Дело оставалось за малым — выскользнуть из платья. На мне осталась только нижняя сорочка, когда я подошла ближе.
Александр смотрел на меня взглядом хищника, глаза искрились, когда мокрая его рука коснулась моего колена. Вздрогнув от неожиданности, я опустила руки на гладкий край купели, мой дракон же поднимался выше, оставляя капли воды везде, где побывали его пальцы.
— Мне бы не хотелось, чтобы ты сдерживался, как в прошлый раз, — закусывая губы, я едва сдерживала вздохи, когда мужчина неспешно подобрался к чувствительному месту.
— Прежде я бы хотел назвать тебя женой, а уже потом…
Я приникла к его губам, не дав договорить. Опять он о традициях и обрядах. К черту!
— Сделай меня своей женой сейчас. Как делали наши предки, — я ощутила, как его зубы прикусывают мою губу все сильнее. До тех пор, пока оба мы не почувствовали металлический привкус, что пробуждал в нас животных, — Сделай это так, как было угодно древним божествам. Я хочу быть только с тобой. Навечно.
— Навечно, — обхватив за талию, Александр потянул меня на себя. Край легкого платья тут же намок, облепляя мое тело. Горячая вода обжигала не меньше, чем страсть моего дракона. Он стянул через голову оставшийся элемент моего наряда, я осталась совершенно нагая перед ним. Точно такая, каким он был сейчас, — Моя госпожа…
Я вскрикнула, когда он впился в мою шею, лаская кожу не только мягкими губами, но и острыми зубами. Пока я преклонялась перед его силой и страстью, он ловко устраивал меня на себе, разводя мои ноги в стороны так, чтобы я упиралась в дно по бокам от него самого. Я почувствовала, как его возбуждение коснулось моего бедра. На мгновение я ужаснулась тому, на что решилась, он слишком большой, как же это возможно…?
— Я хочу, чтобы ты научил меня… Осторожно, — едва не всхлипнув от возбуждения и волнения проговорила я, медленно целуя его сильную грудь.
— Тонкое искусство, — он оттянул мои волосы назад, заставляя запрокинуть голову. Мучительно медленно облизал подставленную грудь, поочередно сжимая и поглаживая свободной рукой, — Но до того мы должны заключить союз.
— Опять ты об этом? — я нетерпеливо выдохнула, высвобождаясь из его хватки. Пронзительный взгляд светлых глаз оценивал меня.
— Ты ведь хотела стать моей пред ликами старых богов? — одна его бровь взметнулась вверх, рука же потянулась к столику, где подготовлены были фрукты. Там же он нашел небольшой нож, который я захватила, чтобы разрезать яблоки, — Передумала?
— Нет же!
— Это серьезный шаг, моя госпожа. Наши души будут связаны не только истинностью, но и на другом уровне. Если… Со мной что-то случится, я уже никогда тебя не покину. Но будешь ли ты готова к тому, что я могу преследовать тебя даже тогда, когда буду на другой стороне?
Я обвила руками его шею, приближаясь совсем близко. Коснулась носом его, улыбнулась — я была уверена.
— Я хочу этого.
Между нашими губами возникло лезвие. Я судорожно вдохнула, испугавшись холодного отблеска.
— Мы должны поцеловать его, — он понизил голос до вкрадчивого шепота. Теперь мы обнажали не только наши тела, но и души, переплетая их в тугой нерушимый узел. Я потянулась губами к лезвию, ощутила прикосновение металла. Александр сделал то же самое, на нижней губе выступила густая капля алой крови.
Он убрал от наших лиц нож и снова поцеловал меня. Пока я предавалась наслаждению, лезвие рассекло наши ладони по очереди, а после со звоном упало на пол, укатываясь подальше. Его пальцы оказались на моем лбу, кровавый порез напротив глаз. Прижав руку к моему лицу, он скользнул ниже, проводя по шее и груди, остановившись лишь в области сердца. Я повторила точно за ним. Стоило мне отпустить руку, как я почувствовала прилив сил. Будто я стала больше, словно комната, погруженная в полумрак, вдруг наполнилась яркими цветами. Но моей взгляд был прикован только к глазам возлюбленного, небесного цвета радужка обрамляла черный глубокий зрачок, гипнотизируя меня. Его лицо, перемазанное моей кровью, выглядело зловеще, но от того не менее возбуждающе.
— Ты так прекрасна, как древняя воительница. И теперь моя…