Я принялся вытаскивать через дыру в убежище прозрачное, тёмно-зелёное, и мутно-жёлтое зелья в пластиковых бутылках.
Процесс занял некоторое время, как и распитие зелий, и за это время к нам снова наведались. Нерв подлетел к нам, стелясь над самой болотистой землёй, и накрыл новым ударом боли. А затем — подскочил к Эстель и попытался проникнуть в её тело, потянувшись пульсирующими жилами к лицу.
Девушка не растерялась и выморозила нечисть рядом с собой чёрным льдом.
Гибридная стихия сработала безотказно.
В сторону от рейда, принимая удар на себя отошли Райшин, Ангедония и Рейн в форме ифрита. Их болью было не пронять, и врагам приходилось использовать другие методы. Телекинез и энергетические стрелы.
Вскоре, дело было сделано. Последние три бутылки я вытащил для себя и приготовился влить в себя полтора литра жидкости. От той дикой боли меня до сих пор потряхивало, все мышцы сводило, а сердце колотилось, как бешеное.
Новая локация сразу сбила нам весь настрой после мощного терминала, открывающего целые новые ветви развития. Возможно, и к лучшему — будем серьёзней. Так я успокаивал себя, потому как прийти в себя после той невыносимой боли было непросто. Все в рейде чувствовали себя так же — не зацепило только Альму и ещё пару человек.
Однако после некоторой подготовки дело пошло совсем иначе.
Мы двинулись вперёд с плохо скрываемым страхом, под предложения Келя вернуться через железный лес и идеи Мерлина пропалить стену в другую локацию.
Последнее было всё равно непросто — до следующей локации ещё нужно дойти.
Стоило нам двинуться дальше, как выскочили сразу два блуждающих нерва, и один из них зацепил меня.
Было больно. Мышцы заныли, будто каждый нерв в теле выкручивался. Но — уже терпимо. Это была контролируемая боль, которая не мешала думать. Дальше нужно было только его окружить и не давать войти в ближний бой. Тогда тварь парализовала жертву болью и легко забиралась в тело.
Обратной стороной существ была слабость. Лёгкая левитация, высокая скорость и подвижность — вот и все его способы выживания вне тела. Чем-то они напоминали инкарнантов, но те, кроме вселения, ничего не могли, а эти вполне способны вырубить большую группу и без подселений.
Дальше дело пошло намного лучше. Мы просто начали отстреливать и накрывать магией всё, что напоминало монстров, в особенности кусты. После этого ни одной опасной ситуации с чудовищами не возникло.
Под конец локации они попытались собраться и ударить толпой. И двойное-тройное воздействие вызывало болевой шок даже через все защиты и зелья. Но и это им уже не помогло. Локация была пройдена.
Тоннель с рельсами, громадный хаб, объединяющий множество разных мест, никуда не девался. Такие крупные локации вообще пересобирались сложнее — чтобы процесс начался, защитники локи должны просесть на пару этажей по силам. Однако из-за множества входов общая сила всех существ из-за пары побоищ в целом не менялась. Где-то в глубине тоннелей были и микоты, и ингены, и ещё хрен пойми кто.
— Нашла, — сообщила Эстель, выходя из стены. — Место, похожее на то что вы описываете. Большая пещера, по центру железный саркофаг, обвязанный толстой цепью.
— Это оно, — кивнул я. — Веди.
Рейд передвигался сейчас совсем не так, как прежде. Впереди шёл призыв и созданные монстры, чтобы агрить на себя то, с чем в тоннеле мы всё равно не разминёмся. Ещё одна приманка сзади.
Тия в качестве сенсора. Сайна по ходу управляла дронами и не останавливаясь проектировала интересные места на стены тоннеля.
Из «интересного» — ещё один поваленный вагон со следами крови. За ним — нашлось скопление чего-то очень неприятного но неагрессивного на вид. Будто какие-то растения по форме, но сделанные из покрытой множеством пульсирующих вен плоти.
— Подвид симбиотрофов, — сообщила Белая, считав свойства твари. — Падальщик. Растёт там где много трупов и умеет за себя постоять. Сам он не нападёт, но его фрагменты могут быть ценными.
— Да, симбиотрофы с девятнадцатого были очень полезны, — задумался я.
На деле оказалось, что они очень даже нападают сами. И когда мы приблизились — попытались заплевать едкой слизью. А когда получили ответку — начали лопаться, выпуская облака смертоносных спор, делающих примерно то же, что микоты и ингены — принимались ассимилировать тело жертвы и превращать в свои подобия.
К счастью, об этом мы тоже узнали от Белой, а не на собственном опыте. Мерлин поднял купол, а мы быстро одели противогазы, кто до сих пор щеголял оголёными частями тела, быстро одевались в скафандры.
Ингены тоже были. Небольшая группа из шести особей. Они медленно двигались в нашу сторону. Но были обнаружены раньше, потому к их выходу мы находились за барьером Рейна, и были готовы к залпу.
Невероятно живучие твари погибать не хотели и стрелять пришлось долго. Но обошлось снова без жертв и без ранений.
Нужный вход был уже совсем рядом. Я уже узнавал тоннель.
— Кстати, а что там был за саркофаг, под которым тебя нашли?
