— Дед! — кричит Саша.
Дед радостно узнает его. Кидается было со скамейки, но отец ласково придерживает за плечо.
Обнимаются крепко.
— С праздником тебя, дед! — говорит Саша.
— И тебя, и тебя… Устраивайся, тут на скамейке место, я подвинусь…
— Да ты что, сиди ты спокойно, постою.
— Что ж, ног у него нет, что ли, — усмехается отец, который успел уже приговорить с утра пару бутылок пива.
Сегодня можно.
Саша смотрит в телефон: 9:59.
— Всё, минута осталась. Дед, тебе видно? Всё норм?
Дед кивает, улыбается, вытягивает шею и оглядывает залитую солнцем площадь. В эту минуту он похож на счастливого ребенка в ожидании праздника.
Это его день. Этот парад — для него.
Подходят две чиновницы комитета по культуре с бирками организаторов, у них смешные пышные прически и строгие костюмы. Улыбаются.
— Так, вы на месте, а вы… Вам удобно?
Оглядываются. Приближаются к деду, Саше и его отцу.
— Так, а вы… Простите, напомните?
Дед с улыбкой щурится на солнце, поправляет фуражку и четко, по-военному отвечает:
— Селиванов Василий Георгиевич.
И гремит оркестр.
