Покров Любви полностью

Так вот… я подумал, что вы оба должны узнать о новом повороте в моей жизни, который является и радостным, и печальным одновременно. Может, если бы не было истории с покровом, я не стал бы откровенничать, но так произошло, что это невероятное похищение, как бы непосредственно нас не касающееся, вдруг сблизило нас, совершенно разных людей, и заставило сопереживать и во что бы то ни стало попытаться найти виновников.

Моя история никак не связана с кражей покрова Девы Марии, но она помогла мне прийти к тому выводу, который я вам изложил.

Для начала хочу сказать вам, Анечка, что я отменяю все встречи, совещания, лекции и вообще все свои дела на целую неделю. С завтрашнего дня у меня отпуск!»

Он говорил немного возбужденно и невозможно было не заметить, как блестят его глаза. Аня подумала, что никогда не видела своего шефа таким радостным и таким… необычным.

– Итак, в отпуск. Я улетаю. Я улетаю к своему отцу!

Возникла пауза. Лисовский замолчал, подлил себе кофе, медленно стал размешивать сахар. Максим и Аня ошарашенно на него смотрели. Потом переглянулись между собой. Аня как-то испуганно и с трогательной заботой, а Макс, абсолютно не понимая, что происходит. У обоих было написано на лицах, что им жаль Николая Осиповича, они подумали, что он, очевидно, переутомился и, видимо, что-то мешает ему смириться с мыслью о смерти отца, хотя умер тот два года назад. Они молчали, потому как говорить что-либо в этом случае казалось неуместным и фальшивым.

Максим подумал вдруг, что Лисовский смертельно болен, и фраза эта является просто прощанием, и что он улетает… туда – на небеса. К отцу. Но глядя на активного, оптимистичного Лисовского и не видя в его взгляде не то что болезни, а, наоборот, сквозь прищуренные глаза можно было заметить ни что иное, как лукавство, Максим совершенно потерялся, он не знал, что и предположить. И чтобы скрыть волнение, он тоже потянулся за чашкой, подлил кофе и отхлебнул. Потом, не сговариваясь, они вместе с Аней поставили чашки и прямо посмотрели на Лисовского, что могло означать: мы ждем объяснений.

И они – объяснения – последовали.

«Вы, наверное, подумали, что я немного сумасшедший, – продолжил Лисовский свой рассказ. – И я вас понимаю… Не смотрите на меня с жалостью, Анечка, я вполне осознаю, что Осип Аркадьевич Лисовский, мой отец, умер два года назад. Вопрос не в том, что он не умер, а в том, был ли он моим отцом… Моим настоящим отцом. Когда я хоронил его, я в этом не сомневался. У нас была хорошая дружная семья, он так любил мою маму, что не смог долго жить после ее смерти. Существование стало для него бессмысленном, даже то, чему он посвятил всю свою жизнь – его собирательство и коллекционирование – больше его не радовало. Он был для меня очень хорошим отцом. Но обстоятельства сложились так, что на его похоронах я познакомился с его братом. Да-да, именно, познакомился, потому что до этого мы ни разу не встречались. Помню только, что, когда я был совсем мальчишкой, он приезжал к нам, но в памяти остались только какие-то обрывки, я совершенно не помнил этого человека. По каким-то причинам, которые мне на тот момент были не ведомы, братья не общались.

И вот я увидел своего дядю. Увидел и понял, что в нашей семейной истории что-то не так. Мой отец был человеком известным среди коллекционеров и в кругах партийной элиты, да вы и без меня это знаете. Но мой дядя тоже человек очень известный в своих кругах. Он ученый, лингвист, изучал языки и культуру германоязычных народов, германист. Он занимался (да и сейчас еще полон творческих сил) многими загадками языков, сравнительным историческим языкознанием, в общем, человек огромной эрудиции.

После похорон мы долго разговаривали, он произвел на меня неизгладимое впечатление: невероятно талантливый, открытый и яркий человек, интеллектуал, и в то же время абсолютно беззащитный. Я задал ему вопрос, почему… почему они с братом не общались. А он вдруг заплакал и сказал, что не хотел бы ворошить прошлое. Это было сказано твердо, и я не посмел настаивать. Но решил узнать все сам. Да, я решил до всего докопаться. В конце концов, это история моей семьи, и я имею право знать. Я стал искать. Для начала перечитал многие его работы и понял, какой он потрясающий ученый. Потом я стал интересоваться его биографией.