Той ночью не было полнолуния, до него оставалось еще несколько дней. Гарет в очередной раз достал из комода вышитый женой платок, долго смотрел на него, сидя в кресле с чашей вина, а потом решил поискать дочь. Слегка пошатываясь, он обошел дом и обнаружил ее на кухне, тихо сидящую у окна и вышивающую в свете магического камня какие-то маленькие цветы. Хотя он сам говорил ей взяться за работу, почему-то эти голубые цветы на белой ткани очень расстроили и разозлили его. Может, когда-то он видел, как его жена вышивает такие же. А может, он просто был слишком пьян.
– Это все ты виновата, – донесся из темноты его грубый голос. Когда Гарет напивался, он полностью менялся, превращаясь из добродушного и улыбчивого человека и обиженного на весь мир вдовца. Таким его знала только Лиза. – Если бы ты не уговорила ее тогда поехать на ярмарку, она бы не заболела! И посмотри, где она теперь? В земле! А ты здесь, живая и здоровая, сидишь и шьешь эти хреновы тряпки! Днем на улицу не выходишь, притворяешься убитой горем, а ночью шьешь тряпки! Если б не твоя мать, я бы давно выгнал тебя! Ты все еще здесь только в память о ней. Я все еще не вышвырнул твою неблагодарную душонку только потому, что ты ее дочь. Ты слушаешь меня? Кому говорят, брось эти тряпки!
Он вырвал из ее рук пяльцы и с силой швырнул на пол. Деревянный ободок со щелчком раскололся, и белая ткань мягко опустилась у ног Лизы. А потом на вышивку наступил Гарет, беспощадно сминая маленькие цветы.
– Отец! – воскликнула перепуганная Лиза, бросаясь на пол и подбирая свое рукоделие. – Пожалуйста, успокойся! Мы же так хорошо жили вместе, почему ты говоришь такие страшные слова?
– Страшно тебе, да? Я знаю, что с тобой что-то не так! Ты давно на ночь запираешь свою комнату. Боишься, что я приду ругать тебя? Боишься, что вытащу тебя из твоей конуры и заставлю работать? Или у тебя какие-то тайны? Кто к тебе приходит?
– Никто! Ко мне никто не приходит!
– Врешь! Что ты там делаешь?
– Ничего!
От страха Лиза начала плакать, ведь все эти ночи, запирая дверь, она превращалась в лису и только в таком виде могла уснуть. Что же будет, если Гарет узнает? Он ее возненавидит! Обязательно возненавидит и бросит, как бросил ее матушку с маленькой Лизой тот подлый человек, ее настоящий отец.
– А ну вставай! – приказал градоначальник и рывком поднял ее за руку с пола. – Пойдем посмотрим, что в твоей комнате.
Поднявшись с всхлипывающей и прижимающей к груди пяльцы и вышивку Лизой на второй этаж, он распахнул дверь ее сппльни и обыскал все сверху донизу. Не пропустил ни матрас, ни подушку, заглянул даже в корзинки с нитками и лентами, но ничего не нашел. Сердитый и разочарованный, он махнул рукой и ушел. Лиза осталась одна. Она так и не смогла починить пяльцы.
Утром отчим протрезвел и даже извинился. Он сказал, что не против, если она будет шить ночью на кухне, если продолжит запирать дверь и захочет еще подождать, прежде чем снова открыть мастерскую.
Лиза была очень рада. Она росла в маленьком городке, общалась с простыми людьми и оберегала лишь одну тайну. Она была доброй и искренней. В облике лисы она чувствовала себя спокойнее, ей лучше спалось. Когда-то матушка проводила с ней такой долгие ночи, гладя мягкий мех и болтая, пока сон не одолевал их обеих.
Поверив словам отчима, Лиза, как обычно, заперла дверь и перекинулась в лису. Она не слышала никакого постороннего шороха. Даже Гарет, кажется, не стал пить в тот раз.
Через неделю хозяин таверны отмечал день рождения. Почти не общавшаяся с жителями городка Лиза, разумеется, не пошла, и никто не был этому удивлен. Но градоначальник пошел. Ни один праздник не обходился без него и его веселых историй. Гуляние продолжалось до глубокой ночи, и Гарет вернулся уже ближе к утру, когда Лиза в облике лисы спала, свернувшись клубочком на одеяле.
Отчим был весел. Этой ночью он впервые не думал о жене и не убивался горем. Вспомнив старые времена, он решил поболтать с падчерицей и расказать ей занимательную историю, которую пересказал один из жителей города, побывавших недавно на юге.
Поднявшись к ее комнате, Гарет постучал и позвал:
– Лизонька! Просыпайся, утро уже на дворе! Лизонька, хочешь послушать забавную байку? Ты же любишь шить и слушать меня, хе-хе! Эй, просыпайся и выходи скорей. Я жду.
Вот только Лиза не могла превратиться в человека до рассвета. То была ночь полнолуния. Девушка дрожала, спрятавшись под одеяло, и молила богов и Покровителей, чтобы они отвратили от нее беду.
А Гарет, не дождавшись, начал рассказывать:
– Представляешь, говорят, на юге видели демона. Не крейнского, а местного. Он из своего логова. Там гора есть с пещерой. То ли Черничная, то ли Земляничная. Хм, не помню... Две деревни с ним боролись, но никак не могли выгнать. Никто им не верил, все над ними смеялись. И вот... Лиза, ты слушаешь меня? Эй, девчонка, ты что, глухая стала в пятнадцать лет? Утро, тебе говорят! Вставай!
