Девушка закрыла двери на ключ, затем наложила заклятие, чтобы отвадить слуг и Элизабет. Назвать матерью чужую женщину, у девушки не поворачивался язык. Осмотр шкафа ничего не дал, пришлось накинуть морок и спуститься из окна по плющу на землю. Девушка обошла незамеченной стражей, выбралась на дорогу и побежала к маленькому дому на окраине усадьбы. В доме некогда жил садовник, пока виконт от скупости не уволил его. Девушка постучала четыре раза и открыла двери. В домике было тускло, Виктория щелкнула пальцами и пульсар осветил помещение.
— Получилось? — раздался неуверенный девичий голос. Из тени вышла настоящая Виктория в строгом дешевом платье.
Торьяш рассмеялась и поведала о сделке, заключенной Торном.
— Твоя мать теперь свободная и довольно обеспеченная женщина. А ты невеста с не плохим приданным. — Хохотнула Торьяш.
— Мне от него ничего не надо, — прошептала Виктория.
Торьяш только фыркнула, с удовольствием разглядывая Вики и зеркально повторяя ее жесты и движения.
— Между прочим я старалась, рисковала. Вдруг твой отчим не согласился бы выпить вина или что-то бы заподозрил.
— Я…прости… — Растерялась девушка.
Торьяш насмешливо следила за своей копией. Девушки были похожи как две капли воды, но вот мимика, их манера сидеть, говорить значительно разились.
— Да, ладно, забыли…Ты готова? Экипаж и охрана уже ждут тебя.
Виктория побледнела, затеребила рукав манжеты простого платья. На лице девушки отразилась гамма чувств. Улыбка Торьяш увяла, превратившись в недовольный оскал.
— Не хочу тебя пугать девочка, но мы заключили сделку. Я освободила тебя и мать от отчима, при чем обеспечила вам не бедное существование, так сказать в довесок к договору, а ты в обмен поклялась исчезнуть из города на год.
— Я знаю, но…я могу писать матери письма?
Торьяш нахмурилась, ей не хотелось причинять этой маленькой глупой наивной девочке вред. Но в голове невольно выстроился план куда можно спрятать тело, помещенное в стазис на год. И семейный склеп за усадьбой казался не плохим вариантом. По крайней мере точно лучше, нежели тихо прикопать в саду.
— Как ты себе это представляешь? — с ледяными нотками в голосе спросила Торьяш. — Твоя мать отправит дочь в Кашир. И вдруг ей начнут приходить письма из соседнего государства с Солейской школы?
— Ты будешь писать моей матери? — уточнила Виктория.
— В течении этого года все, в том числе твоя мать, будут считать меня Викторией Лорн. Обещаю быть хорошей дочкой… — Черты лица Торьяш расслабились. — Ты сама говорила, что в Кашире тебе было нелегко, однокурсники не приняли тебя. Так что воспользуйся шансом! В Солеме тебя никто не знает, и ты можешь стать кем захочешь.
Виктория задумалась над открывшейся перспективой, хотя нижняя губа дрожала от сдерживаемой истерики.
— А если кто-то узнает правду?
— Не узнает, — отрезала Торьяш. — Пора идти, экипаж уже ждет, — напомнила девушка.
— Зачем тебе это? — настойчиво спросила Виктория. — Зачем тебе становиться мной? У тебя неприятности?
— Любопытство до добра не доводит, — усмехнулась Торьяш. Девушка подошла к настоящей Виктории и набросила на нее морок.
— Пошли и держи язык за зубами.
Виктория, выйдя из усадьбы, окинула дом тоскливым взглядом. Торьяш взяла девушку за локоть и потянула за собой.
— Мы опаздываем.
— Прости, просто я никогда не была счастлива в этом доме.
— В Солеме царит дисциплина и обучение построено на основе доверия и некой дружеской коммуны, так что тебе там понравиться.
Наемный экипаж и двое мужчин охранников уже поджидали девушек. Торьяш подтолкнула Викторию Лорн в экипаж, девушка всхлипнула и обняла свою спасительницу.
Торьяш растерялась, так как никогда не была сентиментальной, но неожиданно для себя погладила девушку по волосам.
— Удачи, — пожелала Торьяш.
— И тебе, чтобы ты не задумала.
Торьяш хмыкнула и подала знак телохранителям отправляться в путь. И только когда карета скрылась за поворотом девушка перевела дыхание. Присвоение чужой личины каралось законом королевства, но Торьяш опасалась не законов, а тех, кто шел по ее следу.
Академия Кашир уже не одно столетие являлась кузницей из которой вышли знаменитые маги. Академия на окраине королевства была практически автономией, так как даже король имел ограниченный доступ к делам школы, а ректор по праву считался сильнейшим боевым магом страны. Что отваживало любопытных совать нос в воспитание подрастающего поколения магов.
Академия, огороженная высоким каменным забором, была оплетена защитной магией, которая должна была охранять учеников. И в то же время ограничивала свободное передвижение студентов вне стен Академии.
В Кашире проживало одновременно не менее тысячи магов. Большую часть составляли студенты, а затем шел преподавательский состав, аспиранты, исследователи и обслуживающий персонал. Кашир был ульем со своими законами и правилами. Обучение в нем было честью. И за эту честь взымали не малую плату.
