Не слишком далекое будущее. Земные звездолеты бороздят просторы Большого Театра. Во все стороны разлетаются любители космических приключений, захватывая все новые и новые планеты. Никто и не догадывается, что на свете уже появился человек, из-за которого вся земная экспансия скоро накроется большой бордовой шляпой.
Ну, что, дети? Хотите услышать рассказ о том, как Земля потеряла космос?
О, это поучительная и очень грустная история. Позвольте дедушке усесться поудобнее на скамеечке. Тем более отсюда прекрасно виден тот невзрачный домик. Видите? Он еще скрыт кустами самшита, будто стесняется. Есть отчего.
А вот и его хозяин. Вон тот старичок в фартуке. С ножницами. Вышел изгородь поправить. Потом газоном займется. Он это каждое утро делает, ровно с восьми до девяти. Традиция у него такая. Можно сказать, ритуал. Ритуалы, говорят, хорошо прочищают голову. Мешают думать, когда думать не хочется.
Знаете, кто это?
Это Максимус Грант. Да-да, тот самый. Бывший инспектор Международного Бюро Расследований. Тот самый Максимус Грант, из-за которого мы лишились колоний и всего звездного флота.
Спрашиваете, почему его не расстреляли? А за что его расстреливать? Его ведь даже наградили. Какой-то медалью. За заслуги перед человечеством. Двадцатой степени. Небось морды кривили, когда награждали, что от твоего лимона. А потом выпиннули на пенсию, газоны стричь. С тех пор тут и сидит, безвылазно, всеми забытый. Долго от него шарахались, как от зачумленного. И сейчас шарахаются. С этого района даже соседи все разбежались. Видите, ни одного дома в округе? Н-да…
А все оттого, что не надо лезть туда, где ты ничего не понимаешь. Либо себя дураком выставишь. Либо окружающих. А это никому не нравится.
И ведь началось-то всё обыденно. С пропажи туристической яхты в районе Сатурна. Ничего особенного. Эти яхты каждый год пропадали, а потом находились. Космос все-таки. Такими случаями даже никто не занимался особо. Все понимали, либо искать поздно, либо сама найдется, когда связь восстановится.
Беда была лишь в том, что на этой яхте оказался один тогдашний толстосум. Владелец заводов, газет, пароходов, то есть роботизированных комплексов, сетевых порталов и гиперлупов. Олигарх, меценат, депутат, список Мопс и все такое. Из-за его пропажи в верхах началось бурление говн, его жена поставила на уши Бюро (были у нее такие возможности), а Бюро поставило на уши Максимуса Гранта.
Вот тогда-то все и завертелось.
***
– Почему я? – Максимус Грант помял пальцами сигарету и сунул ее в рот.
– А кто еще? – всплеснул руками Финч. – В отпусках же все. В морях плавают, рыбу ловят, на зверей охотятся. А главное, госпожа Сикстен сказала, что ей нужен лучший следак. А кто у нас лучший? – он перегнулся через стол и расплылся в улыбке. – Ты у нас лучший! Вот и соответствуй.
Грант щелкнул зажигалкой, затянулся и выпустил дым в потолок.
Отто Финч, глава департамента криминальных расследований, помахал перед собой пухлой ладошкой, разгоняя сизое марево. Был он похож на постаревшего и покрасневшего лысого колобка.
– В любом случае, – сказал он, – выбора у нас с тобой нет. Сам знаешь, от щедрот «Сикстен Мобилити» половина Бюро кормится. Директорат меня с дерьмом сожрет, если не поторопимся.
Грант подвинул к себе планшет с вводными данными.
Яхта «Калипсо». Рейс Земля-Герона. Один пассажир. Ангус Сикстен. 73 года. Последние зарегистрированные координаты – в системе Сатурна. Ближайший спутник – Мимас, расстояние десять тысяч километров.
Что забыл один из самых богатых людей планеты в таком заброшенном месте? И каким образом можно лететь на Герону, а попасть к Сатурну? Сбой навигатора? Старческий маразм?
Грант отодвинул планшет.
– Ты же понимаешь, что это не наша поляна, – сказал он. – Альянс не любит, когда мы влезаем в его дела. Почему эта бешеная баба к нам пришла? Потому что она нас кормит?
– Во-первых не бешеная баба, а великосветская дама. А во-вторых, потому что Альянс ее отфутболил. Сказал, что прошло мало времени. Через два дня, сказал, если не объявится, начнем поиски. Но ты же знаешь Элеонору. Ждать это не ее хобби. Если хочешь знать мое мнение, следует поступить так. Встретиться с ней, поговорить, успокоить, где-нибудь покопать, а к тому времени два дня пройдет, и Альянс подключится. Или Сикстен найдется.
– Или ишак сдохнет, – усмехнулся Грант.
– Что-то вроде, – не понял Финч. – Только тянуть со встречей не надо. Она, говорят, рвет и мечет, кричит о заговорах и убийствах. В общем регистрируй дело и дуй в поместье. Справишься – пойдешь на повышение. А там, глядишь, и меня заменишь.
Грант хмыкнул. Фразу «меня заменишь» Финч говорил ему уже лет десять. И не только ему.
***
Поместье Сикстенов находилось в десяти километрах от города, на берегу искусственного озера с живописно изрезанными дизайнером берегами. Главное здание напоминало помесь средневекового замка с готическим собором, где от замка были толстенные крепостные стены с бойницами, а от собора – гигантская витражная розетка над главным входом.
Грант опустил машину на площадку перед домом, кивнул встречающему дворецкому (седые бакенбарды, черный фрак, все дела) и не спеша поднялся к тяжелым дверям с медными барельефами. На барельефах в стиле примитивизма были изображены сценки из жизни хозяина. Ангус строит завод, Ангус заключает сделку, Ангус выступает в сенате.
