Она принялась расчесывать волосы щеткой — стандартный ритуал, сохранившийся еще с детства, который ее успокаивал, — затем зачесала их назад.
Завернувшись в банное полотенце, она вернулась в комнату и пересмотрела содержимое своего чемодана. Ничего подходящего. Она взяла с собой только официальные наряды, предназначенные для участия в конгрессе, а не то, что годилось бы для влажных улиц Бангкока. В конце концов Сириль остановила свой выбор на бледно-желтых брюках и рубашке, в которых можно выйти на улицу, чтобы купить что-нибудь более подходящее.
Одевшись, она присела на кровать, чтобы обуться, и решила, что туфли тоже чересчур жаркие. Она мысленно добавила «вьетнамки» в свой список покупок. 39-й номер был, несомненно, более спокойным, чем остальные, но в нем все равно был слышен уличный шум и гам. Удастся ли ей уснуть сегодня вечером, особенно учитывая страх, разрывавший ее изнутри? Что она будет делать в ближайшие часы и дни? Впервые после своего неожиданного отъезда она осмелилась задать себе эти вопросы.
«У меня огромная проблема. Как же с ней справиться?»
Перед ее глазами возник образ Астора, но она сразу же прогнала его. Пока что она не могла думать об этом.
«Иначе я окончательно сойду с ума. Если этого еще не произошло…»
Она принялась размышлять обо всем остальном, пытаясь прийти к согласию с собой. Она дала себе неделю на то, чтобы найти решение проблемы. Завтра в одиннадцать часов она отправится на консультацию к Сануку Арому. Если повезет, он расскажет ей о своих принципах лечения беспризорных детей, страдающих частичной потерей памяти. Возможно, если ей еще немного повезет, уже завтра она испробует его лечение на себе. В ее голове против воли появилась пугающая мысль. Она возлагала все надежды на этого пожилого мужчину, и это было лишено всякого здравого смысла. Ведь в итоге ее могло ждать огромное разочарование. Впрочем, если она не получит никакого результата, то вернется после конгресса в Париж и доверится Мюриэль.
«А если она в заговоре с Бенуа?»
Сириль отказывалась слушать внутренний голос, опасаясь оказаться охваченной паранойей.
«Каким образом Мюриэль может быть замешанной в этом деле? Нет, это невозможно!»
Агрессивное поведение Бенуа все-таки пошло ей на пользу. Сейчас Сириль была уверена в правильности принятого решения.
«Я должна любой ценой вернуть себе память. А он должен признаться во всем, что ему известно».
Без лишних раздумий она взяла в руки телефон, набрала его номер и принялась ждать. Послышались гудки. Затем раздался голос ее мужа.
— Сириль? Господи, где ты?
По его слегка медлительной речи она сразу же поняла, что он приложился к бутылке.
— В Бангкоке, — сухо ответила она.
— В «Хилтоне»?
— Нет.
Голос Бенуа стал тверже.
— Дорогая, тебе следует быть благоразумной и вернуться.
— Я звоню тебе по другому поводу, Бенуа. Я хочу знать правду.
— О чем ты говоришь?
Сириль плечом прижала телефон к уху и сейчас говорила прямо в микрофон.
— Почему я должна оставить свое прошлое в покое?
После нескольких секунд молчания Бенуа сказал:
— Я не понимаю твоего вопроса.
— В аэропорту перед таможенным осмотром, перед тем как ты сделал мне укол, как… животному… Почему ты это сказал? Что ты знаешь? — разгневанным голосом спросила Сириль.
— Успокойся.
— Я спокойна.
— Скажи мне, где ты находишься.
— Отвечай на мой вопрос!
Бенуа закашлялся.
— Понятно, что последние несколько дней ты много волновалась, но я не понимаю, что ты хочешь услышать от меня.
— Правду.
— Правда заключается в том, дорогая, что тебе нужен отдых.
— Что произошло десять лет назад?
Снова тишина.
— Почему ты мне сказал оставить прошлое в покое? — настаивала она.
И снова тишина.
— Сириль, я просто пытаюсь сказать, чтобы ты была начеку.
— Начеку?
Бенуа вздохнул.
— Возможно, если твоя память отказывается вспоминать некоторые вещи, следует позволить ей сделать это… Может быть, это своего рода защитная реакция мозга, который пытается сохранить твое внутреннее равновесие…
Сириль вскочила с кровати. Ее сердце бешено билось от гнева.
— И что же моя память пытается скрыть от меня?
— Возможно, что-то, чего не вынесет твое сознание… как случай с Астором….
Сириль снова почувствовала комок в горле.
Бенуа понял, что попал в точку, и продолжил:
— Подумай о последствиях, прежде чем бросаться в бездну, из которой ты не сможешь выбраться. Слышишь меня?
В некоторых случаях неведение лучше, чем суровая реальность.
Сириль поняла, что ничего от него не узнает, и переключилась на другое.
— А Жюльен Дома? Ты его знаешь?
— Нет, конечно.
Сириль знала, что муж врет.
— Все будет в порядке? — спросил Бенуа.
— Да, — ответила она, поджав губы.
— Хорошо. Я позвоню через несколько часов, договорились?
— Договорились.
Они отключились одновременно. Сириль бросила телефон на кровать и встала.
Ей нужно было срочно выйти из номера, спуститься вниз, на первый этаж, выйти на улицу, зайти в первый попавшийся магазин и купить «пад тай» с курицей. Потом приобрести кое-какую одежду и сандалии. После этого она обо всем подумает…
