Покушение на Россию полностью

— Силу и гибкость советской системы науки и техники. Эта система позволила с очень скромными средствами выполнить множество блестящих новаторских проектов, соединяя изобретения с самым передовым фундаментальным знанием. Эффективность советской научной системы не укладывалась в западные стандарты. В 1939-40 гг., показывая свою верность Пакту о ненападении, Германия продала СССР ряд образцов новейшей военной техники и новейших технологий. Гитлер разрешил это, получив от немецких экспертов заверения, что СССР ни в коем случае не успеет освоить их в производстве. Ошиблись немцы, по себе судили.

— Эффективность системы здравоохранения. В условиях, когда основная масса врачей была мобилизована на фронт, страна прошла войну без крупных эпидемий и большого повышения смертности от болезней. В СССР был достигнут самый высокий уровень возврата раненых в строй (73%). Лишь в Красной Армии устав предписывал выносить раненых с поля боя под огнем. В целом, высокая эффективность здравоохранения определялась бесплатным характером медицинской помощи и большими усилиями в профилактике — тем, что здоровье каждого человека было и национальным достоянием. К.Лоренц, бывший врачом немецкой армии, в полевом лагере для пленных был поставлен помогать советскому врачу. Он был про себя возмущен тем, что врач отказался ампутировать конечности у многих раненых (К.Лоренц считал, что врач из чувства мести обрекает этих немцев на смерть). Потом он с изумлением обнаружил, что в советской медицине такие ранения вылечивают, не прибегая к ампутации.

Война была проверкой прочности Советского государства исходя из абсолютных критериев. Она показала не умозрительно, а через самые тяжелые испытания, что в СССР уже состоялось национальное примирение после столкновений гражданской войны, коллективизации и репрессий. СССР вошел в войну с единым народом и как единое государство.

Сейчас — другое дело. Нас обессилела разруха в умах и чувствах. Мы поддались соблазнам. Самым тяжелым из них, я считаю, стал соблазн отказаться от христианской идеи братства людей. Не хочется людям признаваться, но многим втайне захотелось погрызть ближнего. А с этим сцеплен и антисоветский соблазн — отказ быть товарищами в земной жизни. Куда же мы придем, шаг за шагом сдавая и оплевывая как раз то, из чего выросла наша Победа? Мало кому и шкуру-то свою удастся спасти, это уж как водится.

Давайте же разберемся между собой в главном. Много патриотов стали увлечены «белым идеалом». Меня поражает неискренность их антисоветской песни. Вот, В.Бондаренко в газете «Завтра» излагает общий для всех них тезис: «Я считаю ту великую Победу не красной победой, а Отечественной Победой… Победила там, на полях сражений, не красная Россия, а русская Россия». Заметим это настойчивое противопоставление: «не красная, а русская». Он даже слово «победа» пишет с маленькой буквы, если рядом стоит слово «красная».

Бывают слабые дети — выщипывают изюм из булки, а хлеб бросают. Так и патриоты вроде В.Бондаренко выщипывают для себя из истории приятные вещички. Детям простительно, а взрослым сегодня — нет. Такое разделение истории разрушает всю ее ткань и оставляет читателей без опоры здравого смысла. Да, если Отечество — абстрактная идея, то оно бесполое, не имеет социальной формы, не питается и не воюет. Зачем? Оно и под Гитлером было бы тем же Отечеством — русским, даже и без людей. Дух… Зачем ему бренные тела, трактора, топливо… Если же речь идет о войне, когда стреляют твердыми пулями, то Отечество воплощено в конкретном жизнеустройстве. И таким жизнеустройством был тогда советский строй. Может, кто-то не видит его разницы с Россией 1914 г.?

«Белые» проклинают советскую индустриализацию — а Победу любят. Но ведь без индустриализации этой Победы быть не могло. А советская индустриализация, как социальное и духовное явление, резко отлична и от промышленной революции Запада, и от индустриализации «Бромлея и Гужона» в царской России, и от антисоветской «индустриализации» Ельцина-Чубайса. В 1943 г. промышленный потенциал СССР был в 4 раза меньше того, что работал на Германию — но танков и самолетов Красная Армия уже получала больше немецкой. А в 1916 г. правительство того же (да не того же!) Отечества не могло закупить металла для военных нужд — весь его сбыт контролировался тогдашними березовскими и гусинскими.

Скажем прямо, вся патриотическая риторика нынешних «белых» паразитирует на остатках плодов советской индустриализации — и при этом они постоянно плюют в глаза этому умирающему. Когда и молодежь стала этим плевкам аплодировать, дух Победы нас покинул. Теперь мы должны снова его выращивать — иначе выморят нас, как тараканов.

Но все это — сухие факты, все это можно прочесть в честном учебнике (хотя такие учебники сегодня редко попадаются). А я хочу сказать о том, что я сам видел и ощущал, что в учебники не попадает. Скажу об ощущениях детства.