Дремлюга просит, чтобы в отдельную группу были выделены еще пять свидетелей из воинской части 1164: Долгов, Богатырев, Иванов, Веселов и Васильев.
Адвокаты поддерживают ходатайства подсудимых. После совещания судебная коллегия объявляет, что свидетели будут вызываться в порядке, указанном в списке, представленном обвинению.
Перерыв
<p>Допрос подсудимой Богораз-Брухман Ларисы Иосифовны</p>Судья: Подсудимая Богораз, встаньте. Что вы можете сказать по существу предъявленного вам обвинения?
Богораз: 25 августа около 12 часов я пришла на Красную площадь, имея при себе плакат, выражающий протест против ввода войск в Чехословакию. В 12 часов я села на парапет у Лобного места и развернула плакат. Почти сразу подбежали люди мне лично незнакомые, хотя я их не раз видела около себя в разных местах. Подбежав ко мне, они отняли плакат. С левой стороны я увидела Файнберга. У него было разбито лицо. Его кровью забрызгали мне блузку. Я увидела, как мелькает сумка, кто-то бьет Литвинова. Собралась толпа. Я услышала голос: «Бить не надо – что здесь происходит?» Я ответила: «Я провожу мирную демонстрацию, но у меня отняли плакат». Остальных я не видела. Ко мне подошел гражданин в штатском и предложил идти к машине. Он не предъявил никакого документа, но я за ним последовала. Я увидела, как вели Литвинова и били по спине. В машине было человека четыре. Меня схватили за волосы и головой впихнули в машину. Я также видела в машине Файнберга с выбитыми зубами. В 50-м отделении милиции, куда нас привезли, мы все потребовали медицинской экспертизы для Файнберга. Ему разбили лицо и выбили зубы. Вечером из милиции меня привезли домой для обыска.
Судья: Какое содержание плаката, который вы подняли?
Богораз: Я отказываюсь назвать содержание своего плаката.
Судья: Почему?
Богораз: Не имеет значения, какой именно плакат был у меня в руках. Я не снимаю с себя ответственности ни за один из плакатов. (Называет тексты всех плакатов.)
Судья: Кто был вместе с вами на Красной площади?
Богораз: Я отказываюсь отвечать на вопросы, касающиеся других подсудимых. Я отвечаю только за себя.
Судья: Известно ли было вам, что придут другие люди?
Богораз: Нет, не было известно. Я для себя заранее решила, что пойду. Мне даже 25-го не было известно, придут ли другие.
Народный заседатель: Вы знали, что вам будет за это? Вы знали, что это будет именно на Красной площади?
Богораз: Заранее ничего не было известно.
Народный заседатель: Когда вам стало известно?
Богораз: Когда я пошла на Красную площадь.
Судья: Одновременно ли вы сели на тротуар?
Богораз: Не помню, затрудняюсь ответить.
Судья: Одновременно ли сели и подняли плакаты?
Богораз: Мне трудно сказать.
Судья: Работали ли вы?
Богораз: Да, я работала во ВНИИТИ в должности старшего научного сотрудника. О том, что я уволена, я узнала уже в тюрьме. 22 августа, в четверг, я сделала устное заявление начальнику своего отдела о том, что я объявляю забастовку в знак протеста против ввода войск в Чехословакию, в пятницу подала письменное заявление об этом в дирекцию и профком, и мне не сообщили о моем увольнении, 23-го была пятница, в субботу институт не работал, то есть уволили меня после ареста.
Прокурор: Почему вы выбрали именно Красную площадь?
Богораз: Этот протест был адресован правительству, а по традиции принято то, что адресовано правительству, выражать на Красной площади. Во-вторых, на Красной площади нет движения транспорта.
Прокурор: Но вы же знаете, где находится здание ЦК, здание Совета Министров, – они же не на Красной площади.
Богораз: Я повторяю, что на Красной площади нет движения и что такая уж традиция – обращаться к правительству на Красной площади.
Прокурор: Как давно вы знаете подсудимых?
Богораз: Литвинова – полтора-два года, Бабицкого – шесть-семь или восемь лет, Делоне – приблизительно полгода-год, Дремлюгу – месяца два.
Прокурор: Почему он, поддерживая ваше ходатайство, называл вас по имени – Лариса?
Богораз: Потому что это мое имя. А вообще спросите у него.
Прокурор: Охарактеризуйте ваши отношения с подсудимыми.
Богораз: С Литвиновым очень близкие, дружеские отношения, Бабицкого тоже считаю своим другом, если он не возражает. С Дремлюгой хорошие отношения, с Делоне – тоже, насколько позволяет разница в возрасте.
Прокурор: Когда в последний раз до 25-го вы виделись с подсудимыми?
Богораз: Отказываюсь отвечать на этот вопрос и затрудняюсь на него ответить.
Прокурор: Почему?
