Увы-увы — полковник с детства отличался завидным здоровьем. А насчет того, что у него есть сердце, знал только из уроков анатомии в школе. Вообще, если разобраться, все члены команды, хотя никто такого требования специально не выдвигал, отличаются прекрасным здоровьем и удивительной живучестью. Сколько в них стреляли, контузили, по башке били, в плену мытарили — все впустую. Популяция сверхживучих особей...
«Мы» — это сильно, как сказал бы Вася Крюков, чтоб ему пусто было. То есть вы, конечно, оперативно подчиняетесь спецпредставителю, но... Вы все родом отсюда, вы мои, я за всех вас отвечаю, мать вашу так!!! И это не у представителя звезды брызнут с погон (и не только потому, что у него их нет), когда разборки по всей этой дрянной истории вступят в завершающую фазу...
— Представителю доложили?
— Так точно.
— Когда это вы успели?
— Сразу после... Когда от вас позвонили, я как раз докладывал.
— Оперативно работаете... И что он?
— Ну... Ммм...
— Вы же не корова, полковник! — командующий не сдержался-таки — шарахнул что есть силы тяжеленной ладонью по столу — органайзеры на краю подпрыгнули, как активированные «лягухи». — Отвечать внятно!!!
— Дал команду, чтобы разобрался до исхода следующего дня, — не моргнув глазом, соврал Иванов. — Сказал, что это не проблема — окажет любую помощь, так что...
— Не проблема?! Ни хрена себе...
Да, соврал доблестный полковник. То ли чтобы генерала утешить, то ли просто инстинктивно — время потянуть. Мало ли что там может за сутки случиться...
Он и в самом деле доложил представителю, сразу по окончании трансляции (смотрели, между прочим, с середины — с узла позвонили, посоветовали переключить на местный, мол, интересные вещи показывают...). Представитель никакой команды не давал. Просто с ходу выпал в осадок и начал вопить, что Иванов его жутко подставил. А тут и от командующего позвонили...
Все эти сутки, с того момента, как была потеряна связь с «засадниками», Иванов жил в великом предвкушении надвигающейся катастрофы. Вроде бы сделали все, что положено в подобных случаях. С немалым риском для себя поработали в селе, где в панораме полыхающей усадьбы Дадашевых бушевал стихийный митинг, отягощенный (чего приперлись — непонятно, надо было дать людям выплеснуть эмоции и успокоиться) своевременным прибытием на место происшествия ментов и бойцов комендатуры. Иванов с Лизой переговорили с кем можно было, остальные во главе с Петрушиным, при поддержке второго взвода комендатуры, прочесывали прилегающие окрестности, дороги «щупали». По ночному времени это очень даже небезопасно, но надо же было что-то делать, не сидеть ведь сложа руки!
Как рассвело и стало понятно, что на месте уже ничего сделать нельзя, поехали «домой». Иванов доложил представителю Вите: потеряли двоих, ищем. Представитель насторожился, но буйствовать не стал: аналогичная ситуация в команде была, выкрутились. Спросил, чем может помочь.
— Если нетрудно, дайте команду, пусть смежники поделятся базой по «духам», — попросил Иванов. — Разработки и агентов я не прошу — да они и не дадут, но неплохо было бы заполучить всех мелких и средних, которые попадали хотя бы единожды в поле зрения. «Большие» уже и так давно сидят в нашей базе, а вот эти — средние и мелкие — могли бы пригодиться.
— Зачем вам вся эта шушера? — не понял Витя. — Ими и так есть кому заниматься.
— Да мало ли... — уклончиво ответил Иванов. — Время идет, люди растут, у них тоже происходит ротация кадров... Поможете?
— Хорошо, — согласился Витя. — Отправьте Лизу, я позвоню...
Скинулись, отправили Лизу с Серегой к смежникам. Товарищи купили в городе «двадцатитонный винт» и полдня работали в УФСБ, а потом в МВД — потрошили их базы. Точнее, качали те данные из баз, к которым их допустили. Мало ли что там представитель сказал: у каждого свои критерии по части конфиденциальности информации.
Иванов отправился к Лаптеву на предмет консультации: кто из некогда попадавших в поле зрения ГРУ «товарищей» может в данный момент проявлять такую нездоровую активность в интересующем команду районе.
В общем, делали все, что обычно делают те несчастные люди, у которых внезапно пропадают близкие: искали, с кем можно решать вопросы по обмену либо выкупу. Сейчас самое главное было — «с кем». А «как» — это уже проблема второго порядка...
— Не проблема, значит... — командующий неопределенно хмыкнул и одарил Иванова тяжелым взглядом. — Ну-ну... Вы представляете, что будет, если мы не сумеем отбрехаться от всего этого? Хрен с ним, что там в мире скажут и правозащитники всякие... А вы представляете, что будет здесь, у нас?! Личный состав придется эвакуировать «вертушками», потому что ни одна транспортная единица с базы выйти не сможет — тут будет вокруг, повсюду, живое кольцо из митингующего местного населения...
— Надеюсь, до этого не дойдет.
— Это хорошо, что вы надеетесь! Как бы я хотел надеяться вместе с вами... Как бы я хотел... Гхм-кхм... Ну и что? Что вы собираетесь предпринять?
