Джонни подошел к пушке. Она была снабжена компьютерными прицелами, которые пристреливались по любому движущемуся объекту. Стоило лишь повернуть рычажок – компьютер начинал рассчитывать скорость и траекторию полета объекта, наводя ствол и осуществляя залп. Потом отыскивал следующий движущийся объект и разделывался с ним. Джонни взглянул наверх. С расстояния почти двухсот тысяч футов вражеский самолет был едва различим. А Джонни знал, что это орудие бьет максимум на пятьдесят тысяч футов. Самолет сбрасывал бомбы. Орудие стремительно ответило пять раз подряд. Пять бомб, сброшенных с самолета, взорвались в воздухе от прямого попадания из пушки. Следом в отдалении прозвучало еще несколько взрывов.
– Эти упали в озеро, – пояснил шотландский офицер. – Оно за пределами сектора обстрела. И с теми, что сбрасываются над лесом, мы тоже не возимся.
Джонни посмотрел в сторону леса. В семи или восьми милях от них начинался пожар. Нет, лес горел в трех отдельных местах. Наверняка все звери сбежали оттуда. А того самого бизона, которого притащили шерпы, наверное, убило взрывом. Одно хорошо – пожар скоро прекратится, так как в лесу слишком сыро. Он снова повернулся к орудию. Да, много бед могла натворить одна такая игрушка при атаке на шахты год с лишним назад, если бы атака не была полной неожиданностью. И если бы шефы безопасности вроде Терла не пренебрегли обороной Компании. Милях в десяти еще одна бомба упала на лесистый холм, и даже отсюда были хорошо видны столб дыма и вывороченные деревья.
Возвращаясь в чашу, Джонни заметил Гленканнона, который торопливо застегивал на ходу летную куртку. Гленканнон шел один, без второго пилота и радиста, к самолету, окруженному мешками с песком. Решив, что он получил какое-то срочное задание, Джонни не стал окликать. Гленканнон сел в самолет, бронированный Марк-32, предназначенный для полетов на большой высоте. Спускаясь в подземный коридор, Джонни столкнулся со Стормалоном. Тот бежал бегом и кричал:
– Гленканнон!
Но самолет уже взлетел.
Ни на минуту Гленканнон не переставал думать о трагическом эпизоде. Покоя ему не было ни днем, ни ночью. Мучили кошмары. Последние слова его швейцарского друга не выходили из головы: «Уходи! Я собью их! Уходи!» А потом пронзительный крик… И все. Катапультироваться молодой пилот не успел. Страшная картина гибели друга – Гленканнон видел на своем экране его разорванное тело – до сих пор стояла перед глазами. Просмотрев в который раз снимки и записи того воздушного боя, Гленканнон ничуть не усомнился, что этот монстр сейчас над чашей. Убийца! Да, вот он, линейный корабль «Захват»… Гленканнон чувствовал, что непременно должен вернуться туда, не взирая ни на какие препоны. Он долго послушно выполнял приказания, подавляя в себе созревшее стремление, пока не почувствовал, что должен сделать это именно сейчас – взлететь и уничтожить проклятого толнепа. Он слышал голос Стормалона по командному каналу связи: «Гленканнон! Немедленно вернись! Я тебе приказываю!» Но щелкнул тумблером и отключился. Он летел в самолете Стормалона. Эта машина, переоборудованная для высотных полетов, с плотно задраенными люками находилась в «аварийном резерве». Самолет обладал огромной огневой мощью, а кроме того, оснащен бортовыми бомбами, которые могли разрушить сразу полгорода. Машина была одета в броню, способную выдержать самые жестокие атаки. Послать за ним в погоню не могли. Все остальные самолеты Марк-32 были сейчас на озере Виктория, здесь же использовались только истребители-перехватчики. Да и слишком высоко он уже забрался.
