– Что мы смогли, а что нет, не ваше дело.
– Я предполагаю, что мое похищение организовал бывший сотрудник КГБ подполковник Лазарев.
– И что, есть хоть какие-то зацепки?
– Никак нет.
– Ладно, следственная комиссия проверит вашу информацию.
– Так я смогу снова вернуться на службу? – полковник Поляков аж подался вперед.
– Этот вопрос решим после выводов комиссии.
5
– Прекрасно! Всю компанию взяли тепленькими и сонными прямо в вагоне, – Моретти довольно потирал руки, – теперь твоя очередь, – он отвесил шутливый поклон Лазареву.
– Что ж, сейчас побеседуем, – хмыкнул Анатолий и вошел в кабинет отделения полиции на железнодорожной станции.
Как и было задумано, агенты дождались, когда поезд пройдет таможню и пересечет итальянскую границу. А на следующей станции, даже не потревожив покой остальных пассажиров, полицейские арестовали всю группу артистов, совершающих концертное турне. Импресарио попробовал возмущаться и начал трясти пачкой документов, но быстро сник, как только увидел наряд полиции и ордер на арест. Днем ранее был задержан и грузовик с костюмами и реквизитом. При обыске изъяли рекордное количество поддельных денег и дорожных чеков. Как сразу же отметил эксперт, качество подделок было отменное. Действительно, фальшивки отличить от настоящих было не так-то просто, что и затруднило расследование на первоначальном этапе.
Лазарев рассматривал молодого человека, сидящего в наручниках на стуле у стены. Анатолий уселся поудобнее и продолжал молчать, лишь внимательно следя за лицом мужчины перед ним.
– Я требую русского консула! Вы не имеете права меня задерживать, я советский гражданин!
– О как! Магомед Сулин, певец, ну считай, что я уже здесь, – Лазарев усмехнулся.
– Так вы русский? Вы точно из советского посольства? Тогда объясните этим макаронникам, чтобы выпустили меня!
– Сначала мне расскажешь во что ты вляпался, а там посмотрим.
– Ни во что я не вляпался.
– Угу, а как же те несколько миллионов фальшивых долларов, франков, лир, которые были спрятаны в твоем реквизите?
– Я работаю на КГБ, – шепотом доверительно произнес Сулин.
– Еще интереснее сочинить не мог?
– Это правда. Позвоните в КГБ.
– Где вы получили такое количество фальшивых денег?
– Нам их доставляют партиями под видом новых афиш.
– Кто?
– Я не знаю. Каждый раз это новые люди и машины разные. Только коробки одинаковые, а сверху, и правда, каждый раз лежит стопка афиш.
– Сколько этих картинок вы уже скинули? Кто ведет учет?
– Записная книжка была у меня в кармане. Только записи зашифрованы.
– Хорошо, и как эти записи можно прочитать?
– А вы точно из русского посольства?
– Как прочитать записи?
– Дайте мне лист бумаги и карандаш.
Лазарев, пристально наблюдая за мужчиной, подвинул бумагу.
– Вот кодовое слово, а вот комбинация цифр. Теперь вы мне поможете?
Анатолий молча взял листок, вышел из комнаты и через минуту вернулся.
– Так что, меня отпустят? Вы мне поможете? А вы правда из русского посольства?
– Я еще лучше. Я из этого самого КГБ, – Лазарев усмехнулся, – посмотрю, что можно сделать.
– Но я же вам только что все рассказал! Не надо было? Да? Это была проверка?
Лазарев вышел в коридор и быстрым шагом направился к телефону.
– Проверь по реквизитам в накладных откуда они получали афиши, кто доставлял заказ, как проходила оплата заказа. Да, последний раз это было примерно неделю назад. Да, точнее не скажу. Да, во Франции, в Ницце. Хорошо перезвоню.
– Что интересного рассказал этот певец? – шеф Лазарева нетерпеливо тронул за плечо.
– Да, есть хорошие новости. А где блокнот, изъятый у него при аресте?
– Сейчас принесу.
– Так, посмотрим. Вот если это адрес и дата, то вот сумма и кому они это сдали. Что ж, похоже мужик не соврал. Пусть его сунут в кутузку и продержат там сколько смогут. А мы пока наведаемся вот по этим адресам. А заодно французских и швейцарских коллег порадуем. Пусть кто-нибудь займется расшифровкой этих записей. Срочно.
6
Лариса Панко вышла из театра "Молодость" после репетиции и направилась к остановке, когда молодой человек неприметной внешности обратился к ней казенным голосом.
– Лариса Панко, пройдемте со мной, пожалуйста. Вот сюда садитесь, – он указал на приоткрытую дверь черной сияющей полировкой "Волги" с затемненными стеклами.
Сердце девушки сделало удар, еще удар, замерло, а потом бешено заколотилось. Дышать стало трудно, а в глазах поплыли радужные пятна.
– Чёрт, что я не так сделала… все, допрыгалась. Это конец, – мысли устроили дикие скачки, а шустрый автомобиль тем временем плавно набрал скорость и стремительно несся по городу.
Лариса собрала остатки воли и очаровательно улыбнулась мужчине.
– Могу я узнать куда мы направляемся?
– Нет.
– И вы знаете, я, оказывается, ключи от квартиры в театре на гримерном столике оставила. А нельзя за ними вернуться?
– Нет.
– Ох, а потом вы сможете меня в театр отвезти?
– Нет.
– А.. а вечером у меня спектакль, я там почти в главной роли выступаю…
– Нет.
– А что "нет"? Я не стану сегодня выступать? – Лариса старательно разыгрывала простушку-дурочку.
– Я рекомендую вам помолчать.
