— А я — нет. Мне и так хватает твоего присутствия в моей жизни.
После того случая за завтраком Рэт уже пару раз пытался поговорить со мной, но я избегала этого, как могла. С одной стороны мне очень хотелось помириться с ним и вместе выйти из этого беспросветного болота. И вот, когда я уже отправлялась по замку в надежде встретиться с Драгоцием, какая-нибудь сопливая младшекурсница орала мне в спину, «правда, что ты драила птичник весь месяц?».
Рэт хищно огляделся, но когда он был рядом — все как будто слепли и немели.
— Я могу все исправить, — он в упор глянул на меня. Глаза его походили на два осколка замерзшего хрусталя, — если ты… согласишься кое на что.
— Да, я согласна.
На его лице застыло настороженно-обрадованное выражение.
— Чтобы та пошел в болото к маре, милый, — последнее я сказала манерным голосом Резниковой, — ой, прости, ты же как раз там и развлекался последние дни.
Мы с Василисой прошли мимо скривившегося парня, причем ключница умудрилась неплохо так задеть его сумкой.
— Я хочу тебе помочь, идиотка! — крикнул он нам вслед.
Я ускорила шаг, оставляя Рэта позади. Мне захотелось забиться к себе в комнату, свернуться калачиком и проплакать весь день.
Урок астрономии проходил на самой крыше замка. Отсюда открывался просто потрясающий вид на Драголис и далекие Мглистые горы. В бархатной темноте распускались крошечные огни деревень, теснящихся на лесистых склонах. Казалось, что можно зачерпнуть их в ладонь, как горсть янтаря.
Я куталась в теплую мантию, сжимая в руке сумку с чертежами и картами звездного неба. Обычно на таких уроках мы учились ориентироваться по созвездиям, прокладывали маршруты переходов и просто засматривались в ночное небо, представляя, как в один день улетим куда-нибудь далеко-далеко…
— Здравствуй, Вельга, — ко мне подошел Примаро. В темноте его коса казалась сплетенной из серебряных нитей. — Я сегодня веду урок. Как ты?
Я кивнула и пожала плечами. Наверное, он как никто понимал меня, так как тоже считался изгоем в собственной семье. Но это был не повод жаловаться.
— Нормально. С чего бы мне грустить?
— Если что, ты можешь прийти в сад, под старую липу. Там хорошо посидеть, когда никого не хочешь видеть.
Я уже хотела улыбнуться и поблагодарить, как за нашими спинами раздался гнусавый голос.
— Смотрите, она уже нашла себе нового старшего! Эй, красотка, дождись меня, — Кай звонко хлопнул в ладоши, и окружающие его мальчишки сипло рассмеялись.
Примаро взглянул на них, как на последних идиотов этого замка.
— Я не Феликс и не потерплю этой грязи на своих занятиях, — секунду они с Каем резали друг друга взглядами, а потом мальчишка весь как-то сник, убравшись за спины друзей. Примаро свел светлые брови, — а теперь разбейтесь по парам и занимайте места. Я отправлю вам задание по часолистам.
Мне оставалось только смотреть, как вся группа, оживленно перешептываясь, разбредается по углам. Про меня забыли, как про хромого волчонка в стае.
— Давай вместе? — что-то теплое коснулось руки, — правда, я ничего не смыслю в астрономии…
Я удивленно посмотрела на Грейс, девочку из теплицы. Она несмело сжимала мою ладонь, похожая на растрепанного воробья. В ее больших серых глазах плескался не то страх, не то просьба.
— Грейс, давай к нам! — ее позвал какой-то румяный мальчишка, — у меня как раз пары нет.
— Иди к Ларе! Она-то точно не расстроится, — крикнула в ответ девчонка, еще крепче хватаясь за меня.
Я улыбнулась и предложила занять остроконечную крышу маленькой башенки, находящейся чуть поодаль от всех остальных. Обычно ее никто не трогал, так как оттуда было сложно разглядеть млечный путь, но зато было почти не видно никакие другие пары.
— Осторожно, тут шатается черепица. Держись за меня, — мы аккуратно забрались на самый краешек наклонной крыши, свесив ноги и подстелив под себя мантии.
Я зажмурилась, подставляя лицо теплому ночному ветру. Пожалуй, сидя вот так можно было на миг забыть обо всем. Представить, что в этой жизни у тебя только дорога и бесконечный путь в никуда… без обид, злости, ошибок.
— Все эти курицы, что пытаются досадить тебе, они все… — Грейс все это время смотрела в непроглядную черноту под нами, — … просто помирают от зависти.
Я удивленно уставилась на нее.
— Да, я сама слышала, как они тайком шепчутся в коридорах… как они выводят у себя в дневниках все эти идиотские заговоры, типа напиши сто раз — и в тебя точно влюбятся. А просто подойти и признаться — нет, на это у них смелости никогда не хватит.
Грейс прервала себя, ее щеки горели, а на лбу застыла морщинка, делающая ее похожей на сердитого гнома. Мне отчего-то стало тревожно за нее.
— Грейс… ты тоже, верно?
Она застыла, вся превратившись в один скрученный комок. Такая маленькая, юная, верящая, что в этом замке можно найти счастье.
— Его уже нет здесь. Давно нет. Но я иногда прихожу к его комнате и… не знаю, представляю, как дверь открывается и он выходит ко мне.
