У Ильи невольно приоткрылся рот от изумления. Вэлдорвил!!! Среди черных магов есть лишь один Вэлдорвил! Вэлдорвил Сейвс — советник короля Тьмы! Вересов даже представить не мог, что его ученик лично знаком с таким суровым и строгим человекам, как Советник короля.
― Я сегодня не могу. Я очень занят. — Не кричите на меня, я вас предупреждал, что на этих выходных не могу, только завтра. — Если вас это не устраивает, ищите другого переводчика! — Конечно! Что вы думаете, у меня работы мало, я один из немногих, кто знает этот диалект. — Кто? Откуда мне знать. Поднимите архивные данные. — Да? Так я оказывается один такой остался! Ну, тогда вы тем более подождете, до завтра. — Сроки прежние. Правила тоже. Не уложусь во время, не получу ни копейки. — Завтра я приеду к вам, когда вам будет угодно. — Хорошо. Я предварительно позвоню. — До встречи, мистер Вэлдорвил, приятно иметь с вами дело.
― Что от тебя хочет Вэлдорвил Сейвс? — спросил сурово Илья, когда юноша вернул телефон в карман.
― Перевод, какова-то документа, старинного, разуметься.
― Но почему ты?
― Как оказалась, я — единственный из ныне живущих черных магов, кто знает столь старинный диалект Аламанского.
Илья улыбнулся, вспомнив, как этот диалект достался его ученику, а ведь он никогда не учил древних языков! Мистика? Наследие! Это просто наследие меча Аламана, наследие артефакта, хранящего память своих владельцев и передающий их от одного к другому.
Сэт многозначно пожал плечами.
Лариса улыбнулась, и тут же расхохоталась.
― Теперь, я понимаю, почему ты называешь его своим сыном. Он очень на тебя похож, не взирая, на отсутствие кровных уз.
― Он же меня воспитал, что здесь невероятного? — спросил спокойно Сэт.
Он явно уже не раз слышал и о схожести характера, и подобии манер, даже о схожих вкусах, невероятном понимании и полном отсутствии кровных уз. Он до конца жизни останется просто ПРИЕМЫШЕМ, даже, не взирая, на любовь Ильи Николаевича.
Лариса поняла этот неуловимые полутон и грустно, но все же примирительно, улыбнулась. Сэт одобрительно кивнул. Кажется, они начинали понимать друг друга. Это очень обрадовало Илью. Он радостно заявил:
― Мы решили приехать по раньше, чтобы тебе помочь!
― Правда? — удивилась Лариса, — Ну, тогда не жалуйтесь. Работы на вас обоих хватит!
Работы и правда хватила. Илья занялся сервировкой. Просто в готовке он полный профан! Он накрывал столы, расставлял посуду и вазы с желтыми лилиями, которые привез. Желтые лилии — любимые цветы Лары!
Сэт, завязав длинные волосы, взялся за нареку салатов и подготовку холодных закусок, орудуя двумя кухонными ножами, он заставил Ларису заворожено следить за каждым движением его рук.
― Ну, ты даешь! — воскликнула она. — Неужели тебя Илья учил.
― Этому меня учил не он, — грустно выдавил юноша, выронив из левой руки нож. — Боевым искусствам меня обучал Эвали Свифт, но я сейчас с ним не в самых добрых отношениях.
― Извини.
― Ничего, — прошептал Сэт, поднимая нож и возвращаясь к работе.
― Я могу тебя кое о чем спросить? — несмело поинтересовалась Лариса.
― Конечно. Спрашивайте все, что угодно, я обязательно отвечу.
― Почему у Ильи нет своих детей.
Сэт с интересом посмотрел на нее.
― Ну, с этим вопросом вы обратились не по адресу. Не сложилось у него личная жизнь, вот и все, а подробности… я не стремлюсь лезть ему в душу. А на счет моего усыновления…
― Сэт, я лишь хотела…
― Я понимаю, что вы просто беспокоитесь, поэтому и хочу сказать. Я никогда не претендовал, на фамилию вашего брата, мне бы вполне хватила места его ученика, но таково было его решение, а я не в праве его судить, но я благодарен ему за это.
Лариса внимательно посмотрела на молодого человека, вызвавшегося помогать. Что он думал, говоря ей эти простые слова холодным спокойным тоном? Этот молодой человек с каждой секундой все сильнее отпечатывался в ее памяти, оставляя след в душе и разуме. Она боялась его, но в то же время не могла отвести взгляд от его холодных неживых глаз.
― Что твориться в душе у Ильи Николаевича мне не известно. Поэтому если хотите узнать о том, что он думает и что чувствует, спросите у него самого.
― Боюсь, он мне не ответит.
― Зря. Он очень радовался возможности увидеть вас, а потом не мог дождаться сегодняшнего дня. Поэтому, поверьте мне, он ответит вам на все вопросы.
― Я совсем не знаю о его пути, как черного мага. Мой покойный супруг всегда скрывал от меня все, что происходит с Илюшей, а теперь… разве можно все сразу понять? Я боюсь сказать что-нибудь такое, что расстроит его или смутит.
― У каждого есть вещи, о которых он не хочет говорить, но в тайне мы все желаем, что бы хоть кто-нибудь прикоснулся к нашей боли и разделил ее с ними. Главное, что бы это был тот, кому можно доверять тайны.
― Думаешь мне можно доверять тайны?
― Думою Илья Николаевич с легкостью откроит вам душу.
Сэт перемешал салат и с равнодушным видом покинул кухню.
В пышной гостиной он обратился к Илье:
― Там уже все готово. Осталось только принести сюда.
― Это значит: «Иди нам помогать, лентяй»?
― Что-то в этом роде, — весело подтвердил Сэт, ставя салат.
