– Будьте на чеку, – бросил своим людям Бастард. А спустя несколько минут, ошеломленно добавил: – Кажется, я знаю этого разбойника…
– Я тоже, – сказала Жанна.
На них двигался отряд человек в тридцать – шел он рысью. По всему, отряд торопился. Он приближался быстро. Уже можно было различить лицо предводителя – лягушачье лицо.
Это был второй сын герцога Бретани – Артюр де Ришмон…
Два отряда остановились друг против друга. Вокруг были укрытые снегом поля. Вдалеке – леса. Позади серой скалой поднимался Жольни. Храпели лошади, пуская пар из ноздрей.
– Дама Жанна, – поклонился хозяйке этих земель коннетабль Франции, даже не взглянув на Бастарда. – Рад видеть вас в здравии.
– Спасибо, граф, – она ответила поклоном.
– Дама Жанна, я приехал от имени его величества короля Франции Карла Седьмого, – сказал бретонец. – Он просит вас приехать к нему.
– Зачем, де Ришмон?
Взгляды коннетабля и Орлеанского Бастарда наконец-то встретились.
– Его предали, Дама Жанна, предали те, кого он считал самыми близкими друзьями.
– Черт! – вырвалось у Дюнуа. – Друзьями!
– Именно так, Дама Жанна, – продолжал «человек-лягушка». – Они – оборотни. Они – те, кто вонзает кинжал в спину!
Орлеанский Бастард вырвал из ножен меч, сбросил с плеч в снег подбитый мехом плащ.
– Это мы – оборотни?! – Орлеанский Бастард, под которым рыл копытами снег и мокрую землю его боевой конь, направил острие меча в сторону коннетабля Франции. – Если хочешь сражаться – я готов!
– Нет, Дюнуа, – сказал тот, даже не вынимая меча из ножен. – Не сегодня и не сейчас! Позже!
По кивку коннетабля несколько рыцарей и оруженосцев сделали круг перед ним. Теперь уже оба отряда были готовы к битве. Не зря и те, и другие облачились в латы, точно шли на англичан.
– Ты – трус, де Ришмон! – выкрикнул Бастард, едва сдерживая коня.
– Ты знаешь, что это не так, Дюнуа. Но я нужен своему королю – я обещал ему вернуться живым и разделаться со всеми вами, изменниками короны! И я сдержу свое слово… Дама Жанна, с кем вы? С кем Дева Франции?
– Участвовать в распре единокровных братьев, готовых перерезать друг другу глотки? – усмехнулась она. – Увольте…
– В таком деле быть в стороне нельзя, – возразил коннетабль.
– Я нездорова, де Ришмон, последнее время раны не дают мне покоя. – Конь Жанны тоже волновался. – Война больше не для меня.
Она не врала – ранения, полученные в Пуату, иногда тревожили ее не на шутку. Артюр де Ришмон молчал, точно пытался понять – не кривит ли она душой. Он поймал ее взгляд:
– Мой король и ваш брат хотел бы знать наверняка, что вы не встанете на сторону Карла Орлеанского и Бастарда или дофина Людовика.
– Да как вы смеете, де Ришмон?! – взорвалась она.
– Простите, Дама Жанна, но у той партии, чью сторону вы примете, все шансы на победу. Народ верит вам, солдаты верят. Я – просто воин. Один из многих. А вы – Дева Франции. Почти святая. Вы говорите с Богом. Люди пойдут за вами.
Жанна опешила:
– Мой король и брат… боится меня?
– Если вы останетесь в стороне, Дама Жанна, этого уже будет достаточно, – вместо ответа произнес коннетабль.
Дюнуа усмехнулся, но Жанна вскинула руку, и он замолчал.
– Скажите моему недоверчивому брату, Карлу Валуа, что никогда я не обнажу против него меч. Я лучше умру…
Артюр де Ришмон кивнул:
– Этого достаточно, Дама Жанна. Я буду молиться за вас.
Жанна оглядела обоих мужчин.
– Дайте мне слово, господа, что вы не наброситесь друг на друга сразу же, как я покину вас.
Орлеанский Бастард и Артюр де Ришмон молчали.
– Ну же!
– Слово рыцаря, – уверенно сказал коннетабль.
– Слово рыцаря, – кивнул Дюнуа.
И он не хотел рисковать понапрасну собственной жизнью. У него также были обязательства, но перед Карлом Орлеанским.
– А теперь прощайте, господа, – сказала Жанна и, повернув коня, галопом направила его в сторону замка. Только снег и земля вырывались из-под копыт ее скакуна.
Она не оглянулась – ей больше не было до этих людей дела…
– Кто поедет вперед? – спросил Орлеанский Бастард.
– Я пропущу вас, – ответил коннетабль.
– Тогда встретимся на полях Франции! Поклон его величеству!
– Обязательно передам! – улыбнулся лягушачьей улыбкой Артюр де Ришмон. Он указал рукой на дорогу. – Прошу вас, граф…
Они разъехались по-рыцарски. Первым ушел вперед отряд Орлеанского Бастарда, за ним – де Ришмона. Преодолев границу Франции, они разъехались по разным дорогам. Граф Дюнуа направился в Орлеан и Блуа – заручиться поддержкой городов на Луаре, де Ришмон – в Бурж и Шинон, собирать войско.
