Полет седьмой луны полностью

От предчувствия, смешанного с радостью, я задрожала, как осиновый листок. Откуда появился мой щит, откуда взялись все остальные щиты? И только в этот момент, я заметила, что мой щит окружен Щит ом-Левой-Руки, принадлежавшим Агнес и Щитом-Духа-Оленя, который сделала Руби. Я попыталась припомнить все, что Агнес рассказывала мне о братстве щитов. На память пришли слова Рыжего Пса о том, что такого братства не существует. А как же небесные щиты? Мысли мои и вовсе смешались.

— Я не понимаю.

И тут сильный по рыв ветра прижал туман к земле, а затем и вовсе рассеял его. За треногами, поддерживающими щиты, я заметила огромный вигвам и некое каменное сооружение, напоминающее охотничий домик. Я и представить себе не могла, почему он находится здесь. Повернувшись назад, я удивилась еще больше. Агнес стояла справа от меня перед своим щитом. Руби стояла слева. Круг состоял еще из сорока одной женщины. Каждая из них стояла перед своим щитом. В основном этим женщинам было за пятьдесят. Не все из них были индианками. Казалось, все внимание сосредоточено на мне. Я не знала, что и сказать, и нужно ли говорить. Я даже не знала, почему я оказалась здесь.

Сердце выскакивало из груди. Очень древняя старуха с длинными белыми косами, одегая в темно-синее платье с шалью на плечах, выступила в центр круга. Она сказала:

   — Меня зовут Грейс Шагающий Посох. Мы приветствуем тебя. — Она посмотрела мне прямо в глаза. Это было все равно что смотреть в бездну. — Ты помнишь, кто ты? — спросила она.

   — Да, — ответила я.

   — Тогда внимательно посмотри на каждую из нас.

Я посмотрела на всех женщин и со слезами невыразимого счастья поняла, что нечто во мне узнало каждую из них. Здесь, на земле, я увидела воплощение женской мечты. Одновременно пришел мощный поток знания, и я увидела необъяснимое совпадение поступков. Меня поглотило это видение — мистическое переживание радости сущесгвования, отражение радостных и тяжелых событий жизни и смерти, боли и удовольствий. Мой ум следовал по лабиринту символов, образов, первобытных идей, каждое новое проявление захватывало с еще большей силой, чем предыдущее, за всем этим стояло ужасное, болезненное одиночество. Как мало людей сдалось чувству любви, познало ее, дышит ею. Из темноты стало проявляться кармическое колесо, мост. Я знала, что сэтого момента мое единство с этими женщинами вечно.

— Существует одно правило, — сказала Грейс. — Ты никогда не должна называть наши имена людям.

Я поняла справедливость требования, удивившись, что многих из них я уже знала и встречала. Каждая из них была особенной. В их лицах я видела целостность, завершенность. Каждая из них была реализованной, любящей женщиной, просветленной женщиной. Они были моими сестрами. Я отыскала свой круг.