— Разумеется, нет, синьорина. — Я слегка вздрогнул от неожиданности и освободил место на столике.
— Кажется, утром я видела вас во дворце, — сказала она.
Я с удивлением взглянул на нее и тут же извинился. Я узнал женщину-лектора, которая водила группу студентов.
— Вы старались от нас ускользнуть, — сказала она. — Не могу осуждать вас за это.
Она улыбнулась. У нее была приятная улыбка, хотя рот несколько великоват, и разделенные на пробор, зачесанные назад волосы. На вид ей было года тридцать два. Под ее левым глазом я заметил большую родинку. Некоторые мужчины находят такие метки сексуально привлекательными. У каждого свой вкус…
— Я пытался убежать не от вас, — объяснил я, — а только от ваших слушателей.
Гораздо реже общаясь со своими соотечественниками, чем с представителями других национальностей, особенно с американцами и англичанами, и всегда находясь в подчиненном положении, я разучился общению с итальянками, которые любят, чтобы за ними ухаживали, и рассматривают это как простую любезность с вашей стороны.
— Если бы у вас было желание что-нибудь узнать о выставленных во дворце картинах, вы могли бы к нам присоединиться.
— Я не студент, — ответил я, — и не люблю быть одним из многих.
— Вероятно, вы предпочли бы персонального гида, — пробормотала она.
Я понял, что до окончания трапезы галантность будет наилучшей линией поведения. Когда же мне станет скучно, я всегда смогу взглянуть на часы и извиниться, сославшись на то, что спешу.
— Как и большинство мужчин, — сказал я. — Вы не находите?
Она улыбнулась улыбкой заговорщицы и сделала знак официанту.
— Возможно, вы и правы, — сказала она. — Но я преподаватель университета и должна выполнять свою работу. Должна нравиться как мальчикам, так и девочкам, и вложить некоторые факты в их упрямые головы.
— Это сложная задача?
— С большинством из них — да, — ответила она.
У нее были маленькие руки. Мне нравится, когда у женщин маленькие руки. Колец она не носила.
— Что входит в ваши обязанности? — спросил я.
— Я прикреплена к факультету истории искусств, — ответила она. — Два-три раза в неделю читаю лекции студентам второго и третьего курсов и вожу первокурсников во дворец, как сегодня, и в другие места, представляющие интерес. Я здесь уже два года.
Официант принес ее заказ. Несколько минут она ела молча. Затем взглянула на меня и улыбнулась.
— А вы? — спросила она. — Вы приезжий? На туриста вы не похожи.
— Я групповод, — ответил я. — Приглядываю за туристами, как вы приглядываете за студентами.
— И ваши подопечные здесь в Руффано? — На ее лице появилась легкая гримаса.
— Нет. Сегодня утром я в последний раз пожелал им хорошей скорости.
— И теперь…
— Можно сказать, что теперь я свободен для предложений.
Некоторое время она молчала. Ее целиком занимала еда. Но вот она отодвинула тарелку и принялась за салат.
— Для какого рода предложений? — спросила она.
— Делайте. Я отвечу.
Она посмотрела на меня, словно о чем-то задумавшись.
— Какими языками вы владеете?
— Английским, немецким и французским. Но я никогда не читал лекций, — сказал я.
— Я этого и не предлагала. У вас есть диплом?
— Туринский диплом по иностранным языкам.
— В таком случае — почему групповод?
— Видишь страну. Хорошие чаевые.
Я заказал еще кофе. Беседа ни к чему меня не обязывала.
— Итак, у вас каникулы? — сказала она.
— По собственному желанию. Я не уволен, просто захотел несколько недель отдохнуть от постоянной работы. И, как уже сказал, открыт для предложений.
Она закончила свой салат. Я предложил ей сигарету, она согласилась.
— Возможно, я смогу вам помочь, — сказала она. — В университетской библиотеке временно не хватает сотрудников. Часть нашего персонала все еще размещается в одной из комнат дворца. Потом они переедут в новое помещение между университетом и студенческим общежитием, но наше прекрасное здание откроется только после Пасхи. Сейчас у нас полный беспорядок. Библиотекарь — мой хороший знакомый. Ему не обойтись без дополнительной помощи. А диплом по современным языкам… — Она не закончила, но по ее жесту можно было понять, что остальное не составит труда.
— Звучит заманчиво, — сказал я.
— Про оплату я ничего не знаю, — поспешно добавила она. — Думаю, не много. И, как я сказала, работа временная, но, может быть, именно это вам и подойдет.
— Возможно.
Она подозвала официанта и тоже заказала кофе. Затем вынула из сумки визитную карточку и подала ее мне. Я взглянул на карточку и прочел: «Карла Распа, Руффано, виа Сан Микеле, 5». Я подал ей свою: «Армино Фаббио, „Саншайн Турз“».
Она иронично вскинула брови и положила мою визитную карточку в сумку.
— «Саншайн Турз», — пробормотала она. — Может, и стоит заняться. После окончания рабочего дня Руффано словно вымирает. — Не сводя с меня глаз, она допила кофе. — Надо подумать. А сейчас я должна вас покинуть, в три у меня лекция. После четырех я буду в библиотеке и, если вы примете мое предложение, могу вас представить библиотекарю Джузеппе Фосси. Для меня он все сделает. Ест с моей руки.
