— Посмотрите, что там такое, — сказал Альдо.
Один из студентов, кажется Серджо, подошел к двери и обменялся несколькими словами с пажом, который впустил меня во дворец. Через несколько секунд он вернулся.
— Стражники привели парня, который шатался под западным порталом, — сказал он. — У него не было пропуска, и, когда они стали его допрашивать, он принялся их оскорблять. Они хотят знать, отпустить его или нет.
— Городской или студент? — спросил Альдо.
— Студент. Э.К. Здоровенный наводчик, сам лезет на рожон.
— Если сам лезет, мы ему поможем, — сказал мой брат и велел Джорджо привести незваного гостя.
— Может быть, это мой громила, — сказал я, — парень, который в понедельник хотел искупать меня в фонтане. Сегодня вечером я видел его в буфете, и он похвалялся, что ему наплевать на пропуск.
Альдо рассмеялся.
— Тем лучше, — сказал он. — Он может нас развлечь. Всем надеть маски. Армино тоже дайте.
Ко мне подошел Джорджо и протянул черную полумаску с прорезями для глаз, такую же, как те, что в субботу были на дуэлянтах. По примеру Альдо и двенадцати я надел ее, чувствуя некоторую неловкость. Затем огляделся и, увидев группу замаскированных мужчин, освещенных факелами, в центре погруженной во мрак комнаты, понял, что на постороннего такое зрелище должно произвести не слишком приятное впечатление.
Вошли стражники, тоже в масках, волоча под руки пленника. На глазах у него была повязка, но я сразу узнал верзилу из университетского буфета. Альдо бросил на меня быстрый взгляд, и я кивнул.
— Отпустите его, — сказал мой брат.
Стражники развязали пленнику глаза. Студент заморгал и огляделся, потирая руки. Четырнадцать мужчин в старинных костюмах и масках — вот все, что он увидел в темной, освещенной призрачным светом факелов комнате.
— Значит, ходим без пропуска? — мягко спросил Альдо.
Верзила во все глаза уставился на него. Возможно, подумал я, он впервые в жизни переступил порог герцогского дворца. Если так, то первое впечатление, скорее всего, приведет его в ужас.
— А вам какое дело? — огрызнулся он. — Если это очередной розыгрыш гуманитариев, то, предупреждаю, вы о нем пожалеете.
— Никаких розыгрышей, — сказал Альдо. — Здесь распоряжаюсь я.
Никто не шелохнулся. Студент поправил воротник рубашки и галстук, сбившиеся во время потасовки, которую он затеял, чтобы избежать ареста.
— Что значит — распоряжаетесь? — злобно спросил он. — Уж не думаете ли вы, что, напялив эти дурацкие костюмы, можете меня напугать? Мое имя Марелли, Стефано Марелли, и мой отец — владелец сети ресторанов и отелей на побережье.
— Твой отец нас не интересует, — сказал Альдо. — Расскажи нам о себе.
Вкрадчивый тон Альдо обманул студента, и он попался в расставленные ему сети. Он обвел всех снисходительным взглядом.
— Экономика и коммерция, третий курс, — сказал он, — и плевать мне, если меня исключат. Чтобы получить работу, диплом мне не нужен: буду управлять одним из отцовских ресторанов. Кстати, он еще и член синдиката, который владеет «Панорамой», и всякий, кто меня выгонит под каким-нибудь вшивым предлогом, испортит отношения со многими влиятельными людьми.
— Какое несчастье, — пробормотал Альдо. Затем повернулся к Джорджо: — Он числится в списке добровольцев?
Когда прозвучал этот вопрос, Джорджо как раз просматривал список. Он покачал головой.
Студент Марелли рассмеялся.
— Если вы имеете в виду кутерьму, которую коммунисты устроили в театре в понедельник вечером, то меня там не было, — сказал он. — У меня было занятие поинтересней. В Римини у меня есть девушка, да и машина у меня что надо. Ну а выводы делайте сами.
Несмотря на сильную неприязнь к нему, от его внешности до попытки искупать меня в фонтане, во мне проснулось что-то вроде сочувствия. Каждым словом он усугублял свою и без того незавидную участь.
— В таком случае ты не будешь участвовать в фестивале? — спросил Альдо.
— В фестивале? — отозвался студент. — В этой клоунаде? Вот уж нет! На выходные я отправлюсь домой. Отец закатывает для меня шикарную вечеринку.
— Жаль, — сказал Альдо. — Мы могли бы устроить для тебя неплохое развлечение. Впрочем, нам ничто не мешает предложить его тебе авансом. Федерико!
К нему подошел один из телохранителей. В масках они все были похожи друг на друга, но по гибкой фигуре и светлым волосам я догадался, что это один из субботних дуэлянтов.
— В нашей книге найдется такое, что подошло бы для Стефано?
Федерико взглянул на меня.
— Об этом лучше посоветоваться с Армино, — ответил он. — Ведь он у нас эксперт.
— Федерико — мой переводчик, — объяснил Альдо. — Он отмечает для нас разные фрагменты из немецкой истории. Родился в концентрационном лагере и очень способен к языкам.
Тревога, которую я испытывал с самого появления пойманного студента, возросла еще больше. Я покачал головой.
— Я ничего не запомнил, — сказал я.
Альдо снова повернулся к Федерико. Тот справлялся с бумагами, которые вынул из кармана колета. Мы ждали, пока он молча читал их.
— Паж, — наконец, сказал он. — Для Стефано отлично подойдет эпизод с пажом.
