Минут через пять девушка волевым движением руки закрыла кейс, даже не попытавшись достать пистолеты. Теперь она сверлила меня прокурорским взглядом, подозревая во всех смертных грехах разом и попытке вовлечь в это ее. И я бы даже поверил, если бы не эмпатия и то, что руку с кейса она так и не убрала, неосознанно поглаживала лакировку.
– Предлагаю мир и дружбу. Забудем, что было, и начнем общение заново, с чистого листа, так сказать. – Я улыбнулся, стараясь казаться милым.
– И забыть, что ты со мной сделал?
– Ну, если ты об этом еще громче скажешь, уже завтра весь лицей будет знать, что я с тобой сделал
– Допустим, я соглашусь. И что дальше?
– А дальше я скажу, что ты, Виктория, не только очаровательная девушка, но и прекрасный боец, признанный одним из лучших в лицее. И наверняка знаешь о предстоящем Императорском турнире. Дело в том, что мне просто необходимо победить в двух его этапах. И раз мы теперь друзья, не могла бы ты по-дружески мне помочь?
– А, ну да. Конечно, что же еще. А я почти поверила, что все эти слова про дружбу и так далее – правда. А тут обычный меркантильный интерес. Решил в люди выйти, на других посмотреть, себя показать?
– Ну, себе и тем, чье мнение для меня важно, я уже все доказал и показал. – Я расстегнул рукав, обнажая татуировку змея. – И если бы захотел перед ними еще чем-нибудь щегольнуть, то уж точно это было бы не участие в турнире среди учащихся. Я же говорю, мне необходимо победить именно в двух первых этапах. Если ты считаешь, что мной движут пафос и честолюбие, тогда давай забудем о моих словах. Но, уж извини, делать подарки посторонним девушкам из аристократических семей мне не по рангу.
Девушка помолчала, отбивая ногтями марш по крышке кейса. Я терпеливо ждал, к какому выводу она придет.
– И все же. Почему я? У нас хоть не кадетский корпус, но хороших бойцов хватает.
– Ну, во-первых, я действительно хочу с тобой помириться. Неприятно, когда красивая девушка смотрит на тебя букой из-за глупых недоразумений. А во-вторых, мне за четыре месяца надо научиться на равных биться с теми, кто с пеленок занимался магией. И помочь в этом может только тот, кто досконально знает тактику и стратегию разных магических школ.
– И ты всерьез рассчитываешь победить?
– Понимаешь, может быть, шансы мои невысоки, но я вцеплюсь в них зубами. Зубами буду грызть эту науку, и даже не из-за награды или гипотетической славы. Просто если выходить на арену с мыслью о возможном поражении, проиграешь наверняка. И поэтому я намерен, если надо, тренироваться до потери сознания, но выйти на турнир. А ты подумай вот о чем. Как будет выглядеть твоя фраза о том, что твой ученик всего через четыре месяца тренировок смог пройти два этапа Императорского турнира?
– А ты умеешь заинтересовать. И все же мне любопытно, что за награда и кем она тебе обещана.
– Это условия министра обороны, а вот что я за это получу, узнаешь после первого этапа. Ну что, по рукам?
– По рукам. Но учти, ты сам меня попросил, потом не жалуйся.
– Не буду. И надеюсь, что небольшой дружеский презент, два новейших «Фалькона» в подарочном исполнении, послужит достаточной компенсацией за неудовлетворенное любопытство. – Девушка усмехнулась и снова заглянула в кейс, уже оценивая оружие хозяйским взглядом. Но, как человек ответственный, долго любоваться не стала и перешла к насущным вопросам:
– Итак, что ты знаешь о различных магических школах?
– Да, собственно, то же, что и остальные. Школы, или стили, делятся по виду используемой стихии, ну там огонь, вода, земля или, как у меня, лед.
– Лед – это частный случай стихии воды, ведь тебе доступны простейшие манипуляции с ней? Равно как, например, школе песка доступны манипуляции с любой породой, то бишь землей. Это означает, что песок – частный случай школы земли. Из этого ряда выпадает лишь электричество, но его традиционно относят к воздуху.
Виктория помолчала и продолжила:
