Подчиняясь тяготению Солнца, космический корабль сделал прыжок в гиперпространстве и опустился на мирную, зеленую, обитаемую планету. Смогут ли земляне вернуться домой из этого рая?
Шлюз с легким шипением отворился, и техник Джек Грэхем вылез наружу. Он жадно втянул в себя винно-пряный воздух новой планеты, который взбодрил его, как глоток животворного эликсира вечной молодости. И страх, черной тенью омрачавший сердце, отступил и исчез.
Над головой светило солнце — древнее, желтоватое солнце, в благодатном сиянии которого купалась обширная холмистая равнина, похожая на сад. Неспешные ручьи мирно извивались среди зеленых лугов и рощ. Грэхем окинул взглядом горизонт, и от того, что он увидел, у него перехватило дыхание. Он повернулся к шлюзу и что-то крикнул в открытый люк.
— Что такое? Сейчас иду, — ответил Радди Сарл, штурман и астроном-любитель.
Он вышел, встал в люке, одной рукой заслоняясь от солнца, взглянул туда, куда указывал его товарищ, и тихо присвистнул. В том, что он не сказал ни слова, чувствовалось изумление и недоумение, но больше всего — благоговение. Благоговение, говорящее само за себя, когда слова отказываются служить, — и благоговейное молчание Сарла при виде города было намного красноречивее любых эпитетов — «великолепный», «могущественный», «возвышенный», «колоссальный». Сарл стоял и смотрел. Его взгляду открывалась невиданная высота, этаж за этажом, взмывающие до самых облаков, изящные линии и плавные кривые — плод кропотливого труда бессчетных поколений, стремившихся воплотить в этом городе свои дерзновенные мечты. Открылось его взгляду и то, что мечты пропали впустую: город стоял в развалинах и все еще продолжал разрушаться. Вот и все, что было видно, но Сарл мысленно спросил себя: что же случилось с людьми, построившими этот город? Что могло помешать стремлениям расы, которая сумела возвести подобные сооружения? Война? Голод? Мор? Потоп? Там, на Земле, — его пронизала боль при мысли, что Земли ему больше не видать, — там платили неизбежную дань этим четырем демонам, которые разрушили все построенное людьми. Война? Голод? Мор? Потоп? Варварские демоны варварской цивилизации!
Но здесь, на этой неведомой планете, какая-то могущественная раса поднялась над уровнем варварства. Доказательства этого были неопровержимы. Раса, построившая такой город, не могла вести войны, ей не могли угрожать ни болезнь, ни потоп. Что же случилось?
— Может быть, где-то здесь есть люди, которые нам помогут, — подумал вслух Грэхем.
Сарл усилием воли заставил себя вернуться в настоящее.
— Да… да, может быть, люди еще есть. Когда-то они были, без сомнения. Но… кто знает, как давно жители ушли из этого города? Десять тысяч, сто тысяч, миллион лет назад? Город построен как будто навечно, но вечность-это так долго…
В его голосе прозвучала странная печаль: он подумал о потраченных впустую силах, а главное, о несбывшихся мечтах, — эти серые развалины, вздымающиеся к желтому солнцу, были их красноречивыми свидетелями.
— А ты уверен, что эта планета нам неизвестна? — тревожно спросил Грэхем.
Сарл выразительно пожал плечами…
— Когда мы ночью садились, ты видел звезды. Ты узнал хоть одну из них, хоть одно созвездие?
Грэхем поежился. Вырвавшись из области искривленного пространства, они бросились к иллюминаторам: вокруг на целые световые годы, бесконечно далекое, простиралось небо, усеянное звездами; они светящимися булавочными головками пронзали черную ткань мертвого космоса. Звезды и снова звезды, насколько хватал глаз, пока не терялось всякое представление о их числе, — и во всем этом необозримом пространстве ни одного созвездия, хотя бы отдаленно похожего на знакомые.
Дом… Родина… Зеленые холмы Земли… Так далеко, что преодолеть это безмерное расстояние не под силу мощным атомным двигателям «Утренней звезды». Грэхем проглотил комок, подступивший к горлу, и попытался улыбнуться.
— Что ж, обойдется… Пойдем, посмотрим?
— Больше ничего не осталось, — ответил Сарл, легко ступив на землю. Но они не прошли и десяти шагов, как Грэхем хлопнул себя по бедру.
— Идиоты! — проворчал он. — Разгуливать по незнакомой планете без всякого оружия! Пора бы нам от этого отвыкнуть.
Он резко повернулся и быстро зашагал назад к кораблю. Потом возвратился, пристегивая к поясу позитронный пистолет. Другой пистолет он протянул Сарлу, который молча на него уставился.
— Бери! — рявкнул Грэхем.
— Ладно, но… знаешь, эта проклятая планета на вид такая мирная, что тут о пистолете даже думать противно.
— Да, но, какой бы у нее ни был вид, я буду уверен, что она мирная, только после того, как поработаю вот этой штукой.
