Вероника изумленно посмотрела на него. Раньше они не говорили друг другу ничего кроме «добрый день - до свидания» и теперь то, что он вдруг ответил на ее риторическое замечание, изменило устоявшуюся ситуацию.
- Где же они работают, если они сейчас толкаются тут в пробке?
- Я же сказал: пытаются работать.
Он обернулся и посмотрел на нее. Вероника сидела с гордо поднятой головой. Хотя она вполне отдавала себе отчет в том, что Андрей был интересным мужчиной и на его лице всегда было это задумчивое выражение утомленного интеллекта. Да, его высокий интеллектуальный статус бросался в глаза, но нынешнее положение в котором он сидел за рулем и возил ее в качестве шофера, не давало ему никакого права даже пытаться заговорить о подобных вещах. Между ними была пропасть.
- Ну и вы работаете в данный момент, хотя ничего такого особенного не делаете, - сказала ему Вероника.
- И не поверите, это самая неприятная работа.
- Это почему же? Кем же вы работали раньше?
- Да к чему вам это? Не стоит прошлое ворошить.
- Странная у вас привычка: начать разговор и, когда уже возникла интересная тема, резко его оборвать.
- Я работал сотрудником Министерства иностранных дел.
- И почему тогда вы сейчас здесь, а не в здании на Смоленской площади?
- У меня произошли проблемы в семье. Мне пришлось отказаться от загранкомандировок, а потом и вовсе оставить должность. Но мою жену врачи так и не спасли...- он сидел, упираясь подбородком в руль, и разглядывал стоящие впереди машины.
Вероника привстала и приблизилась к нему.
- А как же потом, через старые знакомства нельзя было вернуться обратно?
- Прошло слишком много времени, чтобы я мог восстановить свои профессиональные навыки. Старые связи и контакты со временем тоже исчезли. И я остался один.
- У вас нет семьи?
- Дочь живет с родителями жены. Она уже взрослая. Сейчас учится на первом курсе. Я с ней вижусь иногда, но каждый раз замечаю, что это ей не нужно. Возить вас - не единственная моя работа. Я еще подрабатываю в бюро переводов, редактирую переводную литературу и пишу книгу. Научная работа. Я долгое время жил в Германии и теперь пытаюсь систематизировать кое-какие сведения. Думаю, многим пригодится.
- О, значит мне будет о чем рассказать своим соседкам. Оказывается мой водитель - бывший дипломат и писатель. Похвастаюсь.
Андрей отвернулся к окну, его плечи вздрогнули и он глубоко вздохнул. Вероника, уже новым взглядом, урывками посмотрела на него. Он был привлекателен, хотя темные волосы белели сединой на висках. У него было овальное, гладко выбритое лицо, высокий лоб, изящный прямой нос и какой-то безвольный подбородок, но под опущенными темными ресницами выделялись серо-синие небольшие глаза, в их взгляде читался ум и образованность врожденного аристократизма. В нем был породистый лоск, то, что ни при каких обстоятельствах никогда не появится у некоторых людей, а у некоторых есть с рождения. Вероника почувствовала, что наговорила какой-то чуши и ей стало стыдно. Ведь он в чем-то был выше ее по развитию. Не потому, что она была другого интеллектуального статуса, а просто потому что она была намного моложе.
Она покраснела и уткнулась лбом в стекло.
- Ну ладно, я не буду ничего говорить. Собственно, какое им дело, кто у меня шофер, - сказала девушка, но тут же покраснела еще больше. Она хотела разрядить обстановку, а вышло только хуже.
- Можете сказать. Мне это безразлично.
«Он, наверно, думает, что я еще глупее его маленькой дочки. Почему я всегда что-нибудь высказываю невпопад? А вообще-то мне безразлично, что думает обо мне мой шофер. Хотя, нет. Не безразлично», - подумала Вероника, закусывая губу и прислонившись к стеклу, как будто ее что-то заинтересовало на улице.
Вероника практически все время сидела дома и пользовалась услугами водителя не чаще двух раз в неделю. Но после того, как она узнала его ближе, ей захотелось еще пообщаться с ним. Она решила специально куда-нибудь поехать, но потом, внезапно, чего-то застеснялась и передумала. А после они стали общаться уже на прежнем уровне и оба, казалось, забыли про этот разговор.
Как-то воскресным вечером она торопилась в речной порт. Николай устраивал фуршет на борту теплохода, а затем они с гостями должны были отчалить в Петербург. Вероника сидела сзади в красивейшем шелковом платье, у нее были яркие глаза и бардовые губы. Она выглядела как кукла, настолько все в ней было совершенно.
За окном проплывали улицы и машины. Девушка так настойчиво вглядывалась в окно, что можно было подумать, что она сегодня в первый раз приехала в Москву.
- За сколько можно доехать на машине до Петербурга? - спросила она.
- В зависимости от движения, времени суток и машины. В целом, за восемь часов.
- А по реке семь дней. Стоит тащиться?
- Там же компания, ресторан, каюты, - улыбнулся Андрей, - В машине утомительней.
