Пока всё тут шло тихо, никто никого особо не прессовал и в подворотнях не резал (ну кроме обычных разбоев и грабежей – так это как бы и вовсе не наше дело – на это тут князья имеются!), и жить можно было относительно спокойно. Пока не припёрлись сюда эти очумелые…
Тут не только персональной вендеттой пахнет – нам всем могут доступ в эти края перекрыть!
Ну что ж… переживём как-нибудь. Для общего-то блага…
«Химики»… мы уже давным-давно не просто сами по себе. Это только внешне всё просто и понятно, на деле – так всё очень даже сложно. Какое уж там второе дно! Тут как бы и не пятое!
– Ладно… – подвожу итог беседы. – Давай займись связью – нам надо с центром переговорить.
Да, наша операция по поиску нападавших на караваны злодеев имела и второе дно. Впрочем, не буду сильно удивлён, если где-то обнаружится ещё и третье. Особисты наши (и не наши…) ребята с фантазией и вполне могут ещё и не такую конструкцию соорудить. Тут тебе и проверка на вшивость некоторых князей вместе с их окружением, и аккуратное прощупывание некоторых промышленников… да, думаю, этим всё не ограничивается. Это для всех – мы, типа, торговый караван…
Княжеские безопасники «доподлинно» знают, что мы ищем разбойников, которые шалят на дорогах. Кое-кто, наиболее догадливый, понимает, что мы ещё и расчищаем почву для восстановления некогда существовавшего в этих краях производства.
А тот факт, что мы и ещё кое-чем полезным занимаемся… это только уж совсем наверху известно – да и то далеко не всем.
Некоторые события… они, как ни странно, типа сами собой происходят… вроде бы даже и без участия людей вообще. Ну как-то вот оно самостоятельно всё складывается.
А тот факт, что из проходящего каравана могут некоторые полезные вещи нам передать… Ну в крайнем случае всегда можно сказать, мол, по случаю купили… шибко уж эта штука (вписать – какая именно) нам вот прямо сейчас позарез потребовалась. Вот просто жить без неё не могли – а тут нате вам! Мимо кто-то такую хрень и тащит…
Ну… радио… его много кто слышать может!
Особенно если знает, на какой частоте и в какое время слушать.
Так вот и появилась у нас в колонне любопытная хреновина – инженерная машина разграждения.
ИМР‐4 – совсем «свежий» агрегат, только перед войною на вооружение поступил.
Я-то, грешным делом, только вторую модель застал, а про третью так даже и не слышал ничего! А тут – вообще четвёртая! Что же там такого наворочали-то?
И, как оказалось, зря не слыхал…
Неведомые конструкторы в своё время основательно напряглись – и выдали на-гора что-то и вовсе несусветное.
Помнится мне, что даже ИМР‐2 спокойно выдерживала подрыв основательного фугаса. В смысле, что гусеницы и катки, разумеется, рвались и ломались… но этим всё и ограничивалось.
Хитро устроенные сиденья не позволяли взрывной волне калечить ещё и экипаж. Да там, откровенно говоря, не одними сиденьями всё заканчивалось – хватало и прочих фокусов.
Бахнуло, просвистели над головою осколки и обломки – работа для ремонтников. Экипаж – сиди, кури…
А ремлетучка (по какому-то странному совпадению) приблудилась к нам от ещё одного проезжего каравана. Что-то у неё там с движком неприятное произошло… Вот и оставили на «временном» хранении в какой-то деревушке. И надо же было так случиться, что вот именно у наших механиков и отыскалась нужная деталь! Вообще-то далеко не одна… И даже не совсем у нас – мы её (их…) «случайно» в придорожных кустах нашли. Вот так вот бывает – идёшь куда-то по своим делам, а тут – здрасьте, коленвал в кустах лежит! И вполне себе рабочий… даже в промасленную бумагу завёрнутый… и в брезент, чтобы не промокал…
Кто-то вполне обоснованно выразит сомнение. А иной только в затылке почешет – мол, как же! Слыхал я про такие штуки! Правда, не со мною это было, но кум Иван точно про такое говорил!
И вот рычит перед колонной жуткая даже на первый взгляд машина.
Что-то там у неё со всех сторон торчит и вроде бы даже и работает как-то непонятно. Попискивает, поблёскивает…
Кто-то скажет – перестраховщики!
Даже и спорить не стану – пусть хоть параноиком обзовут.
Но… на второй день пути обнаружился в кустиках полуослепший наблюдатель. И какой хрен его затащил в развалины старого придорожного кафе – неизвестно. Только вот уйти оттуда самостоятельно он по причине неожиданного окосения уже не мог. Оттого и бинокль на месте своей лёжки обронил. И то сказать, бинокль – он зрячему нужен. А когда по любопытным глазкам лазерный импульс стеганул – тут подобный прибамбас почти и без надобности оказался.
Язык, однако, тот самый импульс ему не спалил.
А после некоторых убеждений (со стороны наших особистов) ещё и память проснулась – вместе с красноречием. Вот язык-то по прямому назначению и поработал!
