Хотя толку-то… Рука тряслась и ходила ходуном настолько, что вряд ли он мог попасть… Даже почти вплотную, с нескольких шагов.
А вслед за его выстрелами в комнате грохнули еще три выстрела подряд. Потом с шумом, опрокидывая стулья, упало тело.
— Рооом! — рявкнул Бен.
От страха сердце ушло в пятки. Потому что если это упал Ромка — то Бену пора читать отходную…
— Да жив я! — раздалось из комнаты.
Бен кинулся внутрь, на ходу включая фонарь. Грищук лежал посередине. В его скуле чернела дырка от одной пули, а вторая пуля разнесла подбородок. Третья оставила разлохмаченную прореху в разгрузке, но не факт, что пробила бронежилет — скорее уж, этот выстрел послужил отвлекающим маневром.
Поникший Роман стоял над телом бывшего соратника с пистолетом в руке.
— Ром! — опять дернулся вперед Бен; неловко качнулся, подволакивая ногу.
— Спокойно, спокойно… Да цел я… Блин… Вот ведь дерьмо какое получилось…
Бен перевел дух.
— Перепугался? — спросил Ромка, тихо и хрипловато.
— Ага… Я никак не мог решиться стрелять первым… Это же не монстр все-таки…
— С этим я бы не согласился, — с грустной ехидцей возразил Роман. — И чем же ты в него запулил?
— Башмаками, — всхлипнул Бен.
— Ох ты… — Роман тоже наконец-то включил фонарь и посветил Бену под ноги. — Обувайся давай… Холодно ведь…
— Ага, — выдохнул Бен и зашарил лучом света вокруг, разыскивая упавшие берцы.
Ромка поставил пистолет на предохранитель, сунул его в кобуру, и полез в угол — искать вадимов ботинок.
— Держи один…
Потом замер, подсвечивая фонариком на тело бывшего соратника:
— Вот ведь… Так и не сказал толком, почему Шепелев приказал нас убить.
Бен присел на уцелевший стул, натягивая берцы. Усталым, тяжелым шагом подошел Роман:
— Пойдем-ка наверх…
Он понимал, что в подземелье у них остается еще немало дел. С компами надо что-то решать; не бросать же просто так ценнейшие материалы. Но даже ему сейчас было тягостно находится здесь, чего уж говорить об измученном мальчишке. Бен грязным рукавом размазывал слезы по замурзанной мордочке и изо всех сил старался не всхлипывать слишком громко.
«Ну как же, ему ведь теперь стыдно плакать, он ведь теперь у нас супер-пупер-боец, выше только звезды, круче только яйца! В столовой ОМОНа после пятиминутной варки…»
— Пойдем, Бен… Тебе отдохнуть надо.
…Снаружи время словно застыло. Как с самого утра висела над Зоной серая хмарь, так и будет висеть до самых сумерек. День уже перевалил за середину, а небо ни чуточки не посветлело…
Бен сидел на расстеленном на полу коврике-«пенке» и неохотно ковырял ложкой в консервной банке. Ни малейшего желания есть не было и в помине; но Роман заставил его чуть ли не силой — «нам еще с десяток километров переть; если не поешь — по пути точно без сил свалишься!». Сам Ромка ползал по полу рядом — чинил пострадавший комбинезон с помощью предусмотрительно захваченных с собой лоскутов той же ткани и специального клея. Конечно, не слишком-то это надежно, но все же лучше, чем разгуливать по Зоне в трикотажных портках!
Необходимое дело немного отвлекало от мыслей; а мысли были такие, что хоть вешайся… Но, положим, вешаться капитан Фадеев всерьез не собирался, а вот от отчаяния и злости разнести что-нибудь тяжелым берцем вдребезги очень хотелось. Шесть лет — да восемь, если с армией считать, — вкалывал на родимую Контору, служил честно; а что получил взамен? Предательство. Даже будь это необходимостью в интересах государства, все равно оказаться разменной монетой — обидно и больно, как любому нормальному человеку. А уж если вдруг твоя жизнь и судьба положена кем-то на алтарь только ради собственной наживы — обидно вдвойне. Окунул Шепелев его в дерьмо по самые уши… Убийство офицера ФСБ, и поди докажи, что это было самозащитой в форс-мажорных обстоятельствах. Поди докажи, что Грищука наняли исполнить роль наемного убийцы… И кто знает, нет ли над Шепелевым кого-нибудь повыше, тоже заинтересованного в этой сделке? К кому теперь бросаться искать защиты и требовать разбирательства? Черт побери, до чего же гнусно чувствовать себя бессильной пешкой! А ведь и у него, капитана Фадеева, есть подчиненный. Есть человек, который зависит от него и теперь ждет его решения.
— Ром, а куда мы теперь пойдем-то?
«И раз уж мы не дали Грищуку застрелить нас сразу, то теперь придется как-то выживать… Потому что тупо лечь и помирать — это глупее некуда.»
— На Янтарь. Это озеро высохшее… Возьми карту, посмотри. Там сейчас находится международная научная станция.
— А почему туда?
— Прежде всего надо заняться твоими ранами — вычистить, зашить… Наверняка у них есть врач, ну на крайняк — биолог! Не может не быть! Это самый первый пункт в нашем списке.
— А потом?!
— Хм… Сначала первый пункт надо выполнить… Но дальше, в перспективе — нам надо из Зоны выбираться. Естественно, нам нельзя выходить отсюда там же, где мы заходили — Шепелеву в момент донесут, что мы живы! И он пошлет следующего убийцу. И мы даже не будем знать, кого…
— А другие входы-выходы знают сталкеры, — подхватил Бен.
