Еще вчера Алтай был героем войны, сегодня он – заключенный, сосланный на Рапсодию. Туда, где тысячи заключенных сражаются за место под чужим солнцем, в руинах рыщут недобитые биомеханизмы пришельцев и вышедшие из-под контроля боевые машины землян, а человеческая жизнь идет по цене виртуального опыта, который можно обменять на броню и импланты. Выжить в мясорубке Лимба и добраться до Зеленой зоны – задача не из легких. Ведь, помимо прочего, «Полигон» еще и самое востребованное реалити-шоу. Одно из немногих, где всё взаправду, а смерть… Смерть лишь поднимает рейтинг.Содержит нецензурную брань.
Спасательная капсула ударилась о землю с такой силой, что я на миг потерял сознание, а внутренние органы, казалось, поменялись между собой местами. Повезло, что хоть в лепешку не расшибся, а ведь вполне мог бы. Вырубись двигатель еще на десять секунд раньше, и от меня осталось бы лишь мокрое место.
По регламенту, тормозной двигатель спасательной капсулы должен работать на протяжении всей посадки, но это по регламенту. По нему и капсула эта должна быть давно в утиль списана. Впрочем, ее и списали – вместе со мной. Механам, обеспечивающим спуск на планету, глубоко насрать, в каком виде на нее прибудет клиент, а тратить лишнее топливо на то, чтобы обеспечить мягкую посадку такому, как я… «П-ф-ф…», как говорит один мой знакомый зануда.
Ударившись о поверхность, капсула подпрыгнула, и лягушкой заскакала по камням. Система безопасности, конечно же, была демонтирована, и, болтаясь внутри на ремнях (спасибо, хоть их не сняли), я, сжав зубы, чтобы не откусить себе язык, молился только об одном: чтоб следующий удар не оказался последним. Дошли мои молитвы до какого-то адресата, или просто за последние месяцы я успел использовать весь запас невезения – непонятно, но все обошлось. Деформированная, превратившаяся в побитую жестянку, капсула, наконец, остановилась. Не теряя времени, я принялся выпутываться из ремней. Гореть в капсуле, по идее, было нечему, но, кроме опасности возгорания, хватало и других.
«Добро пожаловать на Полигон!» – высветилось перед глазами в режиме дополненной реальности.
Угу, и вам не хворать. Я продолжал сражаться с пряжками ремней, по закону Мерфи, заклинившими в самый неподходящий момент.
«Внимание! Вы находитесь в серой, условно-безопасной зоне. Агрессивная фауна и механизмы отсутствуют. Помните: в серой зоне запрещено использовать оружие шестого и выше уровня опасности. Применение такого вооружения несет за собой серьезные последствия. Подробнее смотрите в справочном разделе.
Корпорация NewVision настоятельно рекомендует застраховать свою жизнь и здоровье. В случае вашей гибели, указанным вами лицам будет перечислена компенсация.
Ошибка. Игрок идентифицирован, как заключенный №33286АН, пребывающий на Полигоне по программе замещения наказания. Страховка: недоступна. Вводный инструктаж: недоступен. Справочный раздел: недоступен до получения пятого уровня развития и прохождения инициации.
Будьте внимательны и осторожны. Не забудьте забрать стартовый комплект».
Спасибо, блин!
Расстегнув последний ремень, я попытался открыть люк. Ага, как же, откроется он. Удивительно, как этот кусок металлолома вообще не развалился еще при входе в атмосферу. Хоть бы аварийное открытие работало, совсем не улыбается мне быть похороненным в этой жестянке заживо.
Я нашел большую, грибовидную кнопку, и ударил по ней ногой. Хлопнули пиропатроны, капсула покачнулась, и отстреленный люк улетел в ночную темноту, а меня, мокрого от пота с ног до головы, обдало холодным ветром. Проклятье, так и воспаление легких заработать можно! Климат-контроль в капсуле, конечно, тоже не работал, и за то короткое время, что длился спуск с орбиты, я едва не сварился живьем, так что теперь был мокрый до нитки, хоть комбинезон выжимай. Ну, живой, и ладно. Я сунул за пазуху упаковку со стартовым набором, и потянулся, разминая мышцы. Нужно скорее выбираться отсюда и сваливать.
Снаружи меня уже ждали, я был уверен. Шавки, шакалы, падальщики – таких здесь называли по-разному. Мелочь, до третьего уровня максимум, не способная действовать самостоятельно и накопить на улучшение. Ублюдки, которые только и могут, что подстерегать на старте «нулевок», подавленных, испуганных, не адаптировавшихся и не успевших даже оглядеться. Шакалы никогда не уходят вглубь, где, скорее всего, сами станут жертвами более высокоуровневых обитателей Полигона. Нет, они живут здесь, в Песочнице. И умирают здесь же, когда попадается более подготовленный «нулевка». Надо бы постараться, чтоб мой случай был именно таким.
