– Когда одаренный теряет сознание в моей башне, я предпочитаю лично выяснить причину. Ты сказала что-то о свете, Софи?
Она кивнула – хотя скорее всего это сложно было различить из-за бьющей ее дрожи.
– Я все пыталась себя убедить, что тело просто долго восстанавливается после исчезновения. Но проблема лежит глубже.
Она кинула взгляд на мастера Лето, с сожалением понимая, что он не уйдет. Да и неважно, наверное. Если она права, то ее все равно вряд ли допустят до занятий элиты. А может, даже отправят в Эксиллиум. В Фоксфайре «дефектному эксперименту» было не место.
Она закрыла глаза и призналась во всем, пока не успела передумать: в головных болях; в теориях Бронте и Вайли; в способности зеркала усиливать эффект.
Элвин обернулся к мастеру Лето.
– Какое зеркало?
– Путеводная звезда.
Лоб Элвина прорезали морщины.
– Что за Путеводная звезда? – спросила Софи.
– Зеркало, отражающее чистейший свет, – мастер Лето подошел ближе и сощурился.
– Но я много раз ее осматривал, – возразил Элвин. – Я бы заметил, если бы что-то было не в порядке.
– Только если проблема физическая, – поправил мастер Лето, как будто внезапно превратился в эксперта в области всего. – Если же она психическая…
– Не в этом дело, – вмешалась Софи. – Проблема в моих генах, в том, как их запрограммировали, или как это назвать. В «Черном лебеде» ошиблись.
Элвин покачал головой.
– Кажется, ты не понимаешь, насколько тщательно я тебя проверял. Когда ты исчезала, я лично изучил все клетки до единой, лишь бы ничего не пропустить. С радостью осмотрю их снова, если тебе станет легче, – он щелкнул пальцами, и вокруг ее тела возникла фиолетовая сфера.
Софи ожидала боли, но ничего не произошло.
Элвин нацепил очки.
– Видишь?
– Попробуй создать вспышку прямо у нее перед глазами, – предложил мастер Лето.
– Почему вы все еще здесь? – выкрикнула Софи. – Разве вам не нужно обратно в башню, чтобы… заниматься, чем там Маяки занимаются.
Его губы дрогнули, будто бы он хотел улыбнуться.
– Это просто предположение. Так работают зеркала.
Софи недовольно на него зыркнула, когда Элвин поднес ладонь к ее лицу – но потом он щелкнул пальцами, и больше думать не получалось, потому что свет тянул ее, извивался и пробирался прямо в голову. Она отмахнулась от сияющей сферы, но даже когда она пропала, звон в ушах не затих.
– Что ты почувствовала? – спросил мастер Лето.
– Как будто свет вонзился прямо в голову.
– Не понимаю, – прошептал Элвин.
– Дело и правда в свете, – произнес мастер Лето, так пристально глядя на Софи, что его взгляд будто проникал прямо в душу.
Она отвела взгляд, а Элвин начал расхаживать по комнате, бормоча что-то себе под нос. Софи почти ничего не могла разобрать, но иногда выхватывала короткие фразы вроде «психологически невозможно», «становится хуже» и «Путеводная звезда». От каждого слова все больше назревал вопрос, который страшно было задавать, но в конце концов она просто не смогла сдержаться.
– Вы сможете меня вылечить? – шепнула она.
Элвин провел руками по волосам, растрепывая их сильнее обычного.
– Не знаю.
– Итак… у меня есть хорошие и плохие новости, – произнес Киф, о чье плечо терлась Силвени, просунув морду между прутьев. Вчера Киф не заходил, и требовательная аликорн явно по нему соскучилась. – С чего начать?
Софи помассировала виски.
– Давай с плохой, раньше начнешь – раньше закончишь.
Она сомневалась, что ситуация может стать еще хуже. Элвин на протяжении нескольких часов заставлял ее пить всевозможные эликсиры, а затем ослеплял ее светом, проверяя, сработало ли. Когда Софи начало казаться, что от головной боли она сойдет с ума, ему пришлось признать поражение. И пусть даже после этого он поклялся, что все выяснит, Софи особо на это не рассчитывала.
Радовало лишь то, что он согласился ничего не рассказывать Грейди с Эдалин, пока ситуация не прояснится. Сейчас и рассказывать было нечего.
– Ну так? – напомнила она, потому что Киф все еще молчал.
– Я… слегка так рассказал отцу, чем мы занимаемся…
– Что?
– …но, пока ты не психанула, не волнуйся, ничего важного я не выдал.
– Зачем было вообще хоть что-то говорить? Я думала, ты король вранья взрослым.
– Так и есть. Но от эмпата сложно что-то скрывать – поверь, уж я-то знаю, – поэтому пришлось говорить правду, чтобы скрыть ложь. Видимо, он услышал наш разговор, пока мы стояли в очереди к Вакерам, так что он загнал меня в угол и начал расспрашивать, чем мы занимаемся.
Софи настолько устала и расстроилась, что смогла лишь вздохнуть.
– Божечки, да расслабишься ты? Я просто сказал, что помогаю тебе с Силвени, потому что ты не справляешься и тебе нужен эмпат. А потом я забросал его рассказами о том, как Блестящая Попка меня любит и как ты рада меня тут видеть. Вот и вся правда, которую я ему выдал.
– Правда, – проворчала Софи, закатывая глаза. – Раз ничего страшного не случилось, зачем мне рассказывать?
