– Будем надеяться, что это не так, Софи. Ради Прентиса будем надеяться, что он даже не понимает, что жив. Быть запертым в бесконечном безумии – судьба куда как хуже. Куда как хуже, – он содрогнулся, повторив страшные слова.
Софи понимала, что Алден прав. Но никак не могла избавиться от чувства, что Прентис пытался сообщить ей что-то. Что-то настолько важное, что все это время он вцеплялся в последние крохи своего рассудка.
Алден помассировал виски, морщась от каждого нажатия.
– Видела еще что-нибудь?
– Ничего толкового. Просто неразбериха изображений. Я смогла распознать только вас.
– Меня?
– Ну, вроде как это были вы. Я видела лицо с бирюзовыми камнями вместо глаз. Оно ко мне наклонилось и потом прошептало: «Волноваться не о чем».
Даже в тусклом синем свете колдовского огня Софи разглядела, как побледнел Алден.
– Э-это последнее, что я ему сказал. Перед взломом. Он умолял меня проследить, чтобы с его семьей все было в порядке, а я пообещал, что волноваться… – он замолчал и задрожал всем телом. – Он помнит. Поверить не могу… я думал, он не… я…
Он стиснул голову руками и застонал.
– Что такое?
– Голова, – кое-как выстонал он. А затем его тело обмякло.
Софи повернула его к себе, зовя по имени и тряся за плечи. Серый цемент на его ране потрескался, выпуская струйку свежей крови.
– Алден, ну пожалуйста, вы меня пугаете.
Он не ответил.
Софи огляделась в поисках Крикора, надеясь, что он появится из-под земли. Но нет – в пустой комнате в центре Земли были лишь они с Алденом. И она понятия не имела, что делать.
Вытащив медальон из магсидиана, она поднесла его к синему колдовскому огню – но его света не хватало на луч. Видимо, она не знала какой-то хитрости – и она точно не смогла бы затащить Алдена по ступеням наверх.
– Пожалуйста, Алден, просыпайтесь, – взмолилась она, доставая свой передатчик и выкрикивая имя Элвина.
Серебряная пластинка осталась пустой – и не среагировала на имена Грейди с Эдалин тоже.
Софи затрясла Алдена сильнее.
– Как нам вернуться домой?
Ответа вновь не последовало.
«Фитц», – позвала она, силой воли заставляя себя сконцентрироваться, несмотря на панику. Она мысленно представила Эверглен, пытаясь вспомнить, что делала, когда ее взяли в плен и она звала Фитца на помощь через полмира. «Фитц, пожалуйста, скажи, что слышишь меня».
Тишина.
В глазах защипали слезы, и она попыталась придумать, что еще попробовать.
«Фитц, ну пожалуйста. Я не знаю, что делать».
«Софи? Ты меня слышишь?»
«Фитц! – вот теперь она расплакалась. – Фитц, ты должен мне помочь, он ранен и не отвечает, а у меня не получается отсюда прыгнуть…»
«Так, так, тише. Кто ранен? Где вы?»
«Мне… мне нельзя говорить…»
«Софи, слушай – если тебе нужна помощь, придется сказать, где ты».
Она поглядела на Алдена. Его рана раскрылась сильнее, пропитывая песок кровью.
«Я в Изгнании».
«В ИЗГНАНИИ???»
«Да, с твоим отцом – и он поранил голову. Истекает кровью. Сильно».
«Перенеси его сюда. Элвин встретит тебя у ворот».
«Не могу. Нам надо использовать эту магсидиановую штуковину, а я не понимаю, как заставить ее работать. Ты что-нибудь знаешь?»
«Я о магсидиане даже не слышал. Тебе не у кого спросить?»
«Тут никого нет – и мне не привести твоего отца в чувство».
Но… может, и не нужно.
Эти знания хранились где-то в памяти Алдена. Если она прощупает его разум, то точно отыщет их.
Она глубоко вздохнула, собираясь с силами.
«Софи, ты там? – передал Фитц. – Что происходит? Что мне делать?»
«Погоди, я кое-что попробую».
Не успел Фитц возразить, как она заблокировала его передачу и направила свое сознание в разум Алдена.
Ощущения были не такими, как она ожидала. Вокруг было неразборчиво и тускло.
И остро.
У его мыслей были грани – острые зубцы, которые царапались и цеплялись, пока она пробиралась по его разуму, вновь и вновь передавая его имя. Но его разум хотя бы не был пуст. В нем были воспоминания, но перекрученные и спутанные в холодную мешанину, которую Софи не могла разобрать.
В ее сознание устремился поток холода, но она проигнорировала мурашки и сосредоточилась на тонких нитях тепла, разбросанных по разуму Алдена. Она молила его вернуться, собирая их воедино, говорила, как они с Фитцем напуганы, как сильно ей нужна его помощь.
Несколько ужасающих секунд ничего не происходило. А затем Алден судорожно вздохнул и открыл глаза.
Его грудь тяжело вздымалась, и он сжимал руками голову, откашливаясь и жадно дыша.
– Что случилось? – спросил он, продолжая кашлять.
– Не знаю, вы просто отключились и не приходили в себя, – сказала она, слабо всхлипывая, и Алден поглядел на нее неожиданно прояснившимся взглядом.
«Он очнулся, – передала она, надеясь, что Фитц ее слышит. – Скоро будем дома».
– Ох, Софи, прости меня. Я подумал… даже не знаю, – дрожащими руками он достал магсидиан и поднес его к медальону колдовского огня. – Давай-ка я вытащу нас отсюда.
Он провернул медальон, пока не нашел нужную грань, и провел пальцем от вершины до ребра магсидианового кристалла. Черный камень начал переливаться, отбрасывая на землю почти ослепляющий луч света.
