Политэкономия войны. Заговор Европы полностью

Оккупация Австрии станет первым «естественным» шагом на юг, «который должен сделать Вену новой главной базой для южного «крестового похода» и для всего южноевропейского фашизма. Будет ли «младший брат» Шушниг защищаться или нет, но «историческая проблема» аншлюса Австрии», является для Гитлера «детской игрой»⁴³⁹. (Аншлюс Австрии последует через год после выхода книги Э. Генри.)

Следующая стадия — сокрушение Чехословакии, писал Э. Генри за два года до Мюнхена: «Германское нападение на Чехословакию должно произойти в этой войне при любых обстоятельствах...»⁴⁴⁰. Сайдтботэм в «Sunday Times» отмечал: «Не нужно иметь большое воображение, чтобы представить себе план германской кампании, которая, начавшись соединением с Австрией и Венгрией, сначала расправится с Чехословакией и... которая прорвется на Украину, по направлению к Черному морю»⁴⁴¹. Разгром Чехословакии не представляет проблем. Она расположена словно в тисках: между Германией, Австрией, Польшей и Венгрией. В «течение нескольких дней изолированная Чехословакия будет разодрана на клочки... Восстание германских национал-социалистов внутри страны, в Судетском районе... и крайних провенгерских автономистов в Словакии, которое произойдет одновременно с германским, венгерским и польским вторжением, только дополнит картину»⁴⁴².

Настроения Венгрии и Польши не оставляют сомнений в их участии в дележе. Венгрия в сентябре 1935 г., заключила воздушный союз с Германией и строит свои собственные авиабазы против чехов, Польша летом того же года выразила протест против советско-чехословацкого соглашения и отказала в выдаче разрешения проложить новую авиалинию Прага — Москва через польскую территорию. Положение Чехословакии безнадежно, если ее не поддержат великие державы⁴⁴³.

Дальнейшее продвижение Германии на юго-восток обеспечивает мирная экспансия, которая осуществляется с молчаливого поощрения Англии и Франции, что наиболее ярко проявилось в ремилитаризации рейнской зоны, в истории с «Восточным Локарно» и т.д. К чему вела эта экспансия, не сомневался даже далекий от европейской истории американский посол. Когда его знакомый немецкий д-р Серинг заявил, что: «Экономические интересы Германии должны распространиться на Балканы, где необходимо обменивать промышленные товары на сельскохозяйственную продукцию»⁴⁴⁴, У Додд ответил, что именно «старая кайзеровская политика экспансии в сторону Константинополя была основной причиной мировой войны,— при этом американский посол отмечал, что Серинг был не одинок. — Все националистически настроенные и даже умеренные немцы инстинктивно придерживаются политики аннексии одних балканских стран и установления господства над другими»⁴⁴⁵.

Мюнхен окончательно воссоздавал условия, приведшие к Первой мировой войне. У Черчилль тогда писал: «Мы потерпели полное и сокрушительное поражение... Мы находимся в центре грандиозной катастрофы. Путь вниз по Дунаю... дорога к Черному морю открыты.. Все государства Центральной Европы и бассейна Дуная одно за другим будут попадать в орбиту широкой системы нацистской политики. .. которая диктуется из Берлина.. И не надо думать, что этим все кончится. Это только начало»⁴⁴⁶. Позже У Черчилль продолжал: «Я не могу предсказать, каковы будут действия России. Это такая загадка, которую чрезвычайно трудно разгадать, однако ключ к ней имеется. Этим ключом являются национальные интересы России. Учитывая соображения безопасности, Россия не может быть заинтересована в том, чтобы Германия обосновалась на берегах Черного моря или чтобы она оккупировала Балканские страны и покорила славянские народы Юго-Восточной Европы. Это противоречило бы исторически сложившимся жизненным интересам России»⁴⁴⁷.

Главным союзником Германии в реализации ее планов, по мнению Э. Генри, должна была стать Польша. «Еще во время Первой мировой Гофман установил тесный контакт с Пилсудским и его «полковниками» из «Польской военной организации». Уже тогда, в 1917 и 1918 гг., Гофман, будучи в оппозиции к Людендорфу, настаивал на том, что Польша с запада должна быть «пощажена» Германией... и в то же время он поддерживал планы Пилсудского относительно Белоруссии и Литвы (Вильно)». Именно польские войска заняли позиции немецких после Версальского договора для того, чтобы при поддержке Франции, США и Англии начать в 1920 г. новую агрессию (интервенцию) против России.