С этой точки зрения, постоянно черпая уроки из истории и современной жизни, Макиавелли учит правителей, как поступать в том или другом случае, и в особенности, как управлять человеческими наклонностями и страстями. В раскрытии этой стороны политической жизни он является неподражаемым мастером. Ясность и сила мысли, глубокое знание человеческих отношений, разнообразие сведений и широкий практический опыт, все соединяется в нем и делает его одним из величайших политических писателей, когда-либо существовавших. Он одинаково предлагает свои советы и князьям и народам, ибо понимает, что не всякий образ правления везде приложим. Государственное устройство зависит и от общественной среды, в которой оно водворяется, и от цели, которая имеется в виду. Иное правление нужно для создания государства, иное для ох -раны учреждений; иное для народа крепкого и нравственного, иное для слабого и развращенного.
Макиавелли имеет,
однако, и свой идеал. Воспитанный на изучении древности, он ищет его в
классическом мире. Но тогда как Мор вдохновлялся республикой Платона,
практический взгляд Макиавелли требует действительной почвы. Для него идеалом
представляется древний Рим, покоривший весь мир и в течение веков мудро
управлявший своими внутренними делами. Рим выставляется образцом и назиданием
для современников. «Добродетель, которая царствовала в то время, – говорит
Макиавелли, – и порок, господствующий ныне, яснее солнечного света, а потому я
буду откровенно говорить то, что думаю, дабы юноши, читающие мои сочинения, отвращались
от последнего и подражали первой, всякий раз, как придется им действовать.
Теперь даже обломок античной статуи ценится высоко, и все стараются сделать
нечто подобное; образцы же добродетели и мудрости, которые древние представили
своей жизнью, остаются бесплодными». Чтобы восполнить этот недостаток и
показать на примерах римлян, как следует поступать в политике, Макиавелли
написал замечательнейшее свое политическое сочинение:
Сочинение начинается с объяснения различия образов правления и их превращения друг в друга. Здесь Макиавелли по-
С. 118
чти буквально следует Полибию и так же, как последний, выводит, что наилучшее правление то, которое соединяет в себе все три элемента: монархию, аристократию и демократию. Из чистых же форм он отдает предпочтение демократии. Гражданин свободной Флоренции в нескольких местах своей книги высказывает свое сочувствие народу. Многие утверждают, говорит он, что ничто не может быть легкомысленнее и непостояннее толпы, и что в этом отношении княжеская власть стоит несравненно выше. Но эти свойства принадлежат только толпе , не сдержанной никакими законами; они еще в большей степени встречаются у князей, не знающих над собою сдержек. Все люди безумствуют, когда могут делать это безнаказанно. Народ же, хорошо устроенный и связанный законами, благоразумнее, постояннее и одарен лучшим суждением, нежели князь. Глас народа – глас Божий. Притом своевольный народ легко может быть вразумлен и введен в настоящую колею; но против дурного князя нет иного лекарства, кроме железа. Однако Макиавелли не произносит этого суждения безусловно. Как глубокий политик, он понимал, что каждый образ правления имеет свои относительные достоинства и служит к достижению известных целей. Поэтому он признает, что князь выше народа для устройства вновь созидающегося государства или для введения новых законов и учреждений; но народное правление лучше, когда дело идет о сохранении установленного порядка. Кроме того, необходимое условие демократии заключается в доблести граждан. Развращенный народ не в состоянии поддерживать свободу; ему нет спасения вне монархии. Только царская власть может его исправить. Неспособны к демократии и люди, привыкшие к рабству. Свобода может держаться только там, где приобретает ее народ еще свежий силами и не испорченный деспотизмом.
Макиавелли предпочитает народное правление и аристократическому. Он спрашивает: кому скорее можно вверить охрану свободы, народу или вельможам? и решает вопрос в пользу первого, ибо вельможи всегда хотят властвовать, а народ желает только жить на воле и не быть угнетенным. В особенности дворян Макиавелли считает величайшими врагами свободы. В стране, где есть дворянство, говорит он, особенно имеющее замки и господствующее над низшим населением, невозможно иное правление, кроме монархии. Законы бессильны для
С. 119
