Каждые несколько дней в канале "Книжный импорт" выходят любительские переводы новых зарубежных книг в жанре non-fiction, которые скорее всего никогда не будут официально изданы в России.
Все переводы распространяются бесплатно и в ознакомительных целях среди подписчиков сообщества.
Подпишитесь на нас в Telegram: https://t.me/importknig
Эми Чуа
«Политические племена, групповой инстинкт и судьбы наций»
Оглавление
Введение
Люди – племенные существа. Мы нуждаемся в том, чтобы принадлежать к группам. Мы жаждем уз и привязанностей, вот почему мы любим клубы, команды, братства, семьи. Мало кто становится отшельником – и даже монахи принадлежат к орденам. Но племенной инстинкт – не просто инстинкт принадлежности к чему-то. Он также и инстинкт исключения.
Некоторые группы образованы добровольно; некоторые нет. Некоторые племена являются источником радости и спасения, другие – продукты отвратительного разжигания ненависти властолюбивыми оппортунистами. Но раз люди стали принадлежать к группе, их идентичности становятся странно связанными с ней. Они будут стремиться облагодетельствовать своих товарищей, даже когда лично они ничего не получат. Они будут стремиться наказывать чужаков, кажется, безвозмездно. Они будут жертвовать ради своей группы и даже убивать и умирать за неё.
Во многих частях света, включая наиважнейшие для национальной безопасности США регионы, именно те групповые идентичности значат больше всего, о которых американцы часто едва ли что-то знают. Это не национальные идентичности, но этнические, региональные, религиозные, сектантские, клановые.
В нашей внешней политике на протяжении, по меньшей мере, полувека, мы были потрясающе слепы к мощи племенной политики. Мы склонны смотреть на мир с точки зрения территориальных национальных государств, вовлечённых в великие идеологические битвы – капитализма против коммунизма, демократии против авторитаризма, «свободного мира» против «оси зла». Ослеплённые собственными идеологическими очками, мы неоднократно игнорировали более фундаментальные групповые идентичности, которые для миллиардов людей более могущественны и значимы, которые вызывают политическую нестабильность по всему миру. Эта слепота является ахиллесовой пятой американской внешней политики.
Возьмём Вьетнамскую войну, которая считается величайшим и самым унизительным военным поражением в истории США. Теперь хорошо известно, что мы недооценили масштаб борьбы вьетнамского народа за свою независимость, а не за марксизм времён Холодной войны. Но есть то, что большинство американцев, как экспертов, так и нет, не знает до сих пор. Во Вьетнаме, этническое китайское меньшинство, насчитывавшее 1% и сильно ненавидимое, исторически контролировало от 70 до 80% торгового богатства Вьетнама. Таким образом, исключительно непропорциональное количество вьетнамских «капиталистов» было этническими китайцами, которых вьетнамцы презирали как на севере, так и на юге. Поскольку мы полностью упустили из виду этническую сторону конфликта, мы не смогли понять, что во Вьетнаме практически каждый шаг, направленный на улучшение положения капиталистов, гарантированно разжигал народный рессентимент. Если мы хотели, чтобы вьетнамский народ обернулся против нас, мы едва ли бы смогли найти лучшую формулу.
Это часть закономерности. Приведём ещё один судьбоносный пример: в канун Иракской войны вашингтонский истеблишмент знал о расколе на суннитов и шиитов, но неоднократно преуменьшал его значимость. В то же время мы не смогли понять важнейшую для Ирака роль племенных структур и то, что она была ключом к лояльности иракцев. Как в 2017 году признала бывший госсекретарь Кондолиза Райс, «…Пожалуй, мы не вполне понимали роль племён». Американская политика в Ираке основывалась на убеждении, что этнические, племенные и сектантские различия исчезнут перед лицом демократии и порождаемого рынком богатства.. Как сказала президент США Джордж Буш-младший, «…свобода и демократия всегда и везде имеют большую притягательность, чем лозунги вражды». Вместо этого Ирак рухнул в воронку эскалации насилия, из которой он до сих пор и не выбрался.
