Еслиже подчиненные в глазах лидера предстают как дифференцированное множество потенциально творческих личностей, которые, если создать им соответствующие условия и стимулы, способны «творить чудеса» и брать на себя ответственность, то тогда речь идет о демократическом стиле лидерства. И лидер, который олицетворяет собой этот стиль, апеллирует чаще всего не к низшим, а именно к высшим потребностям человека (потребностям в самореализации, достижении успеха и признания со стороны окружающих).
Его «антипод» – авторитарный лидер, напротив, делает ставку на первичные физиологические нужды и нужды (социальной) безопасности. «Если я плачу рабочим заработную плату и тем самым обеспечиваю им возможность безбедного существования, то они обязаны делать все, что я хочу» – так (или примерно так) рассуждает топ-менеджер-автократ.
Как результат автократический стиль лидерства всецело строится на высокой степени единоличной власти руководителя, который неизменно авторитарен и все «замыкает на себе». То есть максимально концентрирует в своих руках полномочия и весьма жестко (плотно) опекает работу подчиненных, не давая им никакой, даже минимальной, свободы действий, равно как и возможности инициировать и принимать какие бы то ни было самостоятельные решения.
Демократический же стиль имеет в своем основании разделение власти и властных полномочий, в рамках которого ответственность не концентрируется, а распределяется. Придерживающийся этого стиля лидер избегает силового навязывания своей воли подчиненным и в самых широких масштабах привлекает их к процессу выработки и принятия решений. И это привлечение (приобщение к целям организации) по отношению к подчиненным выступает своеобразной формой поощрения, выполняет функцию вознаграждения, стимулируя тем самым их творческий поиск и социальную (производственную) активность.
Наряду с этими «полярными» стилями лидерства различают еще и третий либеральный (или либерально-«попустительский») стиль, который строится на принципе
Сторонники этой теории трактуют лидерство как функцию ситуации. Разные ситуации требуют разных лидеров. Говорят, что «если ситуация созрела для Наполеона, то и Наполеон созрел для ситуации». Ибо великие события и крутые повороты в жизни того или иного народа – это всегда «свадьба» между человеком и временем. Великий лидер «чувствует» ситуацию и знает, когда (и как) может ею воспользоваться, обратить в свой актив.
Однако далеко не все лидеры «вызревают» для ситуации и в состоянии обратить ее в свою пользу. Для многих лидеров, особенно в условиях кризиса, не прогнозировавшаяся (не стандартная) ситуация становится тем оселком, который их «ломает». И они, не выдержав испытания кризисом, предстают «голыми королями». Людьми, которые на самом деле являются не лидерами, а серыми посредственностями («пустышками»), взобравшимися на властный Олимп, или по воле случая, или будучи формально избранными народом, который приучили всегда выбирать тех, на кого указала власть.
В то же время было бы верхом наивности думать, что лидеры – некие «сверхчеловеки» и им чуждо все то, что присуще простому смертному. Что им неведом страх перед лицом опасности. Как свидетельствует мировой опыт, лидер лидеру рознь. Среди них есть те, которые чувствуют себя комфортно только в условиях «спокойной эволюции», тогда как ситуация крайнего напряжения для них «смерти подобна» (ибо ведет к потере «лица»). Для других же такая ситуация – та стихия, в которой они единственно способны проявить во всем блеске свои качества лидера.
При выяснении отличительных особенностей индивидуального политического лидерства следует исходить из понимания того, что все сказанное выше в равной мере относится и к этому типу лидерства. В то же время в силу целого ряда объективных причин (и в первую очередь масштабности) индивидуальное политическое лидерство имеет ряд своеобразных черт и характеристик, которые придают ему универсальный характер.
На макросистемном национальном уровне (т. е. лидерстве в границах всего общества) речь идет о характеристиках, выраженных в таких понятиях, как «дистанционное лидерство», «многоролевое лидерство», «корпоративное лидерство».
