— У нас доступ постороннего лица по вот этому проекту, — Владимир протянул Максу ноутбук, показывая папку с документами. — Под посторонним лицом я имею в виду кого-то недружественного нашей компании, устроившегося к нам на работу и получившего доступ к этому проекту.
Макс взял ноутбук.
— Доступ к этому проекту есть всего у шести человек, — произнес Алексей медленно, понимая, что шпион неглуп и умело заметает следы. — Когда это началось?
— Примерно месяц назад, — сообщила Снежана, прикидывая, что компания почувствует финансовый убыток только в квартальном отчете. Сейчас же, когда только начался новый финансовый год, ничего не ясно. Шесть человек не так уж много, чтобы не отследить и не выявить предателя. — Кто?
— Два секретаря, ты их знаешь, Алина и Маша, главный ГИП, проектный ГАП и мы, — сказал Владимир, кивая.
— Та самая новенькая. На испытательном сроке, — Владимир улыбнулся, эта девушка казалась прелестной. Ему нравилось, как она краснела от забывчивости о мелких поручениях и в то же время очень ответственно подходила к работе. Ее взяли в компанию с перспективой роста. Через пять лет компания планировала расширение в Азиатском регионе и им нужен был талантливый топ, знающий языки и нюансы организаторской работы, а так как компания предпочитала растить свои кадры, то новичков брали с расчетом на будущее.
Макс сразу же понял, что речь о Маше. Внести изменения в проект она не могла, для этого нужны были профессиональные знания, но она могла помогать.
— И мы не знаем, были ли внесены изменения в проект, — продолжил Алексей Скалов, обрывая его мысли. — Как видишь, проект секретный. И нам нужно знать до экспертизы, какие были внесены в него изменения и были ли они вообще.
Макс открывал папки, бегло просматривая содержимое, с каждой секундой все больше проникаясь нескрываемым изумлением.
— И что вы хотите от меня? — спросил он, уже зная ответ, и не будучи готовым его услышать.
— Сколько времени уйдет на проверку? И возьмешься ли?
Макс ослабил галстук, чувствуя, как покрываются пятнами щеки.
— Год, наверное, — сообщил он. — Если проверять будет один.
— Сколько времени до экспертизы? — спросил Алексей брата.
— Девять месяцев, — ответил тот, тоже глядя на Макса. — А если со сверхурочными? Я тоже подключусь.
— Почему выбрали меня?
Макс уже и сам знал ответ, традиционный в такой ситуации: отличник, лучший студент, жадный до карьеры, талантливый и прочее.
— Если справитесь, — проговорил Алексей, посмотрев на Снежану, пишущую на листке бумаги цифры. — Получишь вот такую премию.
Женщина протянула листок, и у Макса округлились глаза. Цифра была очень внушительной.
— Но будем только работать и спать, — сообщил Владимир, видя насколько Макс ошеломлен. — Один выходной, любой день на неделе, все же люди. Согласен?
Он согласился. У его семьи, живущей в пятидесяти километрах от города, никогда не было возможности купить даже машину, не то, что квартиру сыну. И ему, студенту, живущему в общаге, предложенный куш казался баснословным. С этим, немного подкопив, можно было купить однокомнатную квартиру. Разве плохо за полгода работы? В тот момент он думал, что этот шанс нельзя упускать.
И недели полетели как один день, в сплошных расчетах, проверках и перепроверках в кабинете вице-президента.
И все это время Маша была рядом и далеко. Если вызывали ее, чаще приходила Алина, и так изо дня в день, с понедельника по пятницу. В субботу и воскресение у него появлялась возможность осмотреть ее рабочий стол. Оказалось, она довольно аккуратный человек: на столе не бывало мусора, скопления бумаг или чего-то личного, кружку она убирала в тумбочку, и на ней не образовалось ни единого слоя кофейного налета. Бывали напоминалки на рабочей неделе, но они присутствовали всего пару дней, а затем отправлялись в мусорную корзину. У нее уставали ноги, и она часто работала в балетках, простых черных, без украшений, но к генеральному и вице-президенту надевался строгий каблук.
Макс приходил после пар, к двум часам дня, и уходил в два ночи.
Спустя два месяца, она зашла к нему после шести, остановившись в пороге. Он поднял глаза, рассматривая ее фигуру. Он так много работал, и у него так давно никого не было, что она показалась ему сверх меры привлекательно-сексуальной, женственной, желанной. Мысли Макса потекли в сторону фантазий, мысленно раздевая ее, представляя цвет нижнего белья, вспоминая форму груди под ладонями, заставляя его в какой-то момент встать и двинуться к ней на встречу.
— Я беременна, — произнесла она полушепотом.
Пару секунд Макс стоял и соображал, вырванный из наваждения. А при чем тут он?! Конечно, он не забыл, но было столько дел и работы, что та встреча казалась такой давней, что уже можно было родить за это время. Она стояла и продолжала мяться, не зная, куда деть руки, сцепляя и расцепляя пальцы.
Макс подошел к ней, навис, разочарованно заглянул в глаза.
— Ты опять вздумала мстить?
Ее взгляд, упиравшийся в пол, с медленным трепетанием ресниц поднялся по его ногам, груди, задержался на губах, и Маша, сглотнув, покраснела.
