— Потому что на большее его не хватит! — Шен катастрофически сильно захотелось уйти, закончить этот нелепый неудавшийся и никому не нужный разговор. Они стали слишком разными, от былой дружбы не осталось и следа, словно девушки находились по разные стороны пропасти, кричали, не слыша друг друга, или не желая слышать.
— Что с тобой происходит, подруга? — Шеннон усилием воли заставила себя остаться, вытаскивая из памяти светлые моменты дружбы. — Посмотри, как ты себя ведешь. Психуешь, нервничаешь не по делу. Я ничего обидного тебе не сказала, — Джейн хотела было дернуться, но в этот момент встретилась взглядом с официантом. Он смотрел на Джейн, как на избалованную стерву, которую с удовольствием послал бы куда подальше, но так как на работе — вынужден терпеть. Заметив, что она тоже таращится в ответ, приветливо улыбнулся и отвел взгляд. Боже… Возможно, ей все это показалось, ведь нельзя читать чужие мысли, но девушка словно увидела себя со стороны, стало стыдно. Она поджала губы, распечатала зубочистку и принялась вертеть в руках.
— Я знаю, прости, — вздохнула, — не представляю, что на меня нашло, потупилась в тарелку.
— После того, как мы с Бредом расписались, ты намеренно игнорируешь меня, — видя ослабление обороны, продолжила Шеннон, — а при встрече нервничаешь как на экзамене!
— Просто сумасшедший день, — Джейн отпила кофе.
— Кого ты обманываешь! Мы с тобой всю жизнь друг друга знаем. Тебе неприятно, что мы с Бредом поженились?
— С чего ты взяла? Наоборот, я очень за вас рада! Это же я вас и познакомила, если ты забыла! Не спорю, я считаю, что вы приняли слишком поспешное решение, но об этом я тебе уже говорила на девичнике.
— Ты не приехала на свадьбу, не хочешь смотреть фотографии, ничего не спрашиваешь. Джейн, ты не отвечаешь на мои звонки и никогда не перезваниваешь!
— Так не было свадьбы, вы просто расписались! А у меня контрольную поставили на следующей день, я готовилась. Думала, ты поймешь меня, — сделала вид, что обиделась.
— Все были: Рич, Вик, Джеймс, Пит, Макс, Фред, приезжали наши родители, Стив, Сара (прим. автора — одноклассница). Только тебя не было, хотя тебе ехать ближе всего! Мы живем через три квартала! Ты просто отключила телефон в этот день!
— Он сломался…
— Не ври.
Джейн поджала губы и помрачнела, обдумывая услышанное. Неужели она действительно так себя ведет? Неужели со стороны ее отмазки выглядят настолько неправдоподобно? Стало очень стыдно. Джейн не знала точно, почему не приехала, никаких сомнений — она желала подруге счастья, но почему-то придумала себе тысячу причин остаться дома. Шен накрыла своей ладонью ее.
— Дорогая, что тебя гложет? Это из-за Макса ты такая? Ты ведь любишь его?
Джейн резко выдохнула. Эта девушка всегда отлично понимала ее, и этот разговор не был исключением. Читала Джейн как открытую книгу, может, поэтому она и пряталась, всячески избегала подругу все эти месяцы? Опасалась единственного человека, который понимает… Да что тут скрывать?
— И что ты хочешь услышать от меня? Так хочешь знать правду? — получай, — и ее понесло, — ты не представляешь, как я завидую тебе, что ты с Бредом, что он любит тебя, что ты каждую ночь засыпаешь с ним в одной постели, заботишься о нем! И он отвечает тебе тем же. Тебе не нужно каждую минуту ждать нового предательства, не нужно бояться его друзей, подслушивать телефонные разговоры, ежеминутно контролировать! И стоит лишь на секунду отвернуться… Даже не отвернуться, прикрыть глаза и все! Вот она, жестокая правда жизни! Шен, представь, хотя бы на одну секунду, на крохотное мгновение, — показала пальцами насколько крохотное, — что ты не доверяешь Бреду, совсем, на минус двести процентов, что ты постоянно подозреваешь его в измене или … еще в чем похуже. Скажи, ты бы смогла так жить?
— Милая, Макс тоже тебя любит, он очень скучает, поверь мне.
— Ты не ответила на мой вопрос.
Подошел официант, быстро оценил ситуацию и обратился к Джейн:
— Вы с вашей девушкой не желаете заказать десерт к кофе? У нас самые вкусные тирамису в городе! — девушки удивленно переглянулись и… захохотали.
— Любовь моя, съешь тортик? — нежно спросила Джейн, эротично поглаживая подругу по ладони.
— Да пожалуй, принесите два сырных десерта, — улыбнулась Шен, и добавила, когда официант отошел, — мда, Нью-Йорк есть Нью-Йорк. У всех на уме только секс. Ты, кажется, сказала, что любишь его?
Джейн улыбнулась, она была благодарна официанту, разрядившему атмосферу.
— Шен, конечно, я его люблю, и у меня никого нет и не было. Кроме Макса. Я никого не хочу, даже думать об этом не могу, противно. Словно заговоренная! Но я не смогу снова пройти через все это, ты не представляешь, сколько боли мне пришлось пережить.
— Можно я перескажу твои слова Бреду? — осторожно спросила Шеннон, — Максу станет легче, услышав это. Он страдает, Джейн.
— Я надеюсь, что расскажешь, — грустно улыбнулась она, втыкая вилку в принесенный десерт.
***