– Я пошла звонить, – она улыбнулась и ушла в комнату, бросив на ходу. – Олег, ты хоть нормально в дом зайди.
– Макс, она и тебя так же строит? – поинтересовался Олег с улыбкой. – Ведь всю жизнь из меня веревки крутит, как ей нравится, а я даже огрызнуться толком не могу.
– Так мы же с тобой одинаковые и всё у нас одинаково, – Максим тоже улыбнулся и уже тише спросил. – Так где ты был? Она действительно почему-то запаниковала.
– Не вздумай меня сдать. Я действительно был у Веры, прикрытие себе обеспечивал. А вообще-то я разобрался со Славиком Бондаренко, – лицо Олега помрачнело.
– Что ты узнал?
– Пепел высыпали в унитаз, а урну разбили. Вот и всё, – Олег тяжело вздохнул. – Господин Шарф-Эгердт при сем присутствовал.
– Суки! – сквозь зубы процедил Максим.
– Теперь попробуй мне сказать, что я не то делаю.
– А она?
– А если и она знала?
– Давай перестрахуемся и проверим.
– Не сейчас. Потом. Я сейчас только напиться хочу. Так как назло, хмель не берет!…
Прошло полгода с того момента, как Михаил Константинович заключил договор с фирмой «Новый день». За эти полгода только первый месяц он провел спокойно, а дальше, вряд ли набрался бы десяток ночей, которые он спал без кошмаров, и вряд ли был хоть один день, когда дела его шли хорошо. Сделка трещала по всем швам, и ничем спасти её не удавалось. Выйти на Разданова и попробовать поговорить с ним не получалось. Его то не было в городе, то он был занят, то его телефон не отвечал. Когда Михаил Константинович приехал в офис в надежде встретиться с ним, то оказалось, что просто так Разданов ни с кем не встречается. Ему объяснили, что, если будет нужно, Олег его найдет сам. Назир и Ткачев только плечами пожимали и говорили, что всё идет нормально, а судить о результатах ещё рано. Кроме того, оба ссылались на то, что у них предостаточно и других дел. Следить за одной, отдельно взятой, сделкой, пусть даже важной, времени ни у кого из них не было. Михаил Константинович пытался найти причины происходящего сам, но оказывалось, что все условия партнерами выполняются исправно, так, что и придраться не к чему. Всё оборачивалось так, что вина только его.
Происходящее выбивало Михаила Константиновича из колеи всё больше и больше, он становился раздражительным, нервным. Особым тактом и изысканным обхождением он никогда не отличался, теперь же, он больше напоминал разъяренную собаку на привязи, которая готова была броситься на первого, кто попадет в пределы её досягаемости. Дня, когда будут подводиться окончательные результаты сделки, он ждал с малоскрываемым ужасом. И этот день наступил.
Как и полгода назад, ему позвонил Назир и сказал, что Разданов приглашает его приехать в офис. В этот раз Михаил Константинович ехал в состоянии очень далеком от эйфории, в которой прибывал тогда. Также в вестибюле офиса его встретил работник службы охраны и слишком уж вежливо осведомился, куда он идет и назначена ли встреча заранее. Так же он отправил вместе с ним младшего по рангу охранника, который проводил его в кабинет к Назиру. Также Назир по селектору соединился с Раздановым и также они отправились к нему. В облике секретарши ничего не изменилось, даже поза у неё была такая же, как и полгода назад. Разве что блузка сегодня была не белая, а светло-голубая.
– Нел? – спросил Назир с легким кивком в сторону двери.
– Проходите, Олег Леонидович ждет вас, – прошелестела Нел всё тем же бесстрастным голосом.
Войдя в кабинет Разданова, Михаил Константинович чуть не вздрогнул. Так же, как и в прошлый раз у стола для заседаний сидел Ткачев, так же стояли телохранители и сам Разданов так же… полировал ногти. В кабинете кроме костюмов, в которые были одеты присутствующие, и шелеста кондиционера, ничего не изменилось. Разданов холодно поприветствовал Михаила Константиновича, так же, не подав руки, а только на секунду прервав своё занятие, и пригласил садиться.
– Что у нас? – спросил он, обращаясь ко всем сразу. – Чем порадуете?
– Беда у нас, босс, – скорбно ответил Назир. – Сделка провалилась.
– Провалилась? – Разданов перестал орудовать пилочкой и удивленно посмотрел сначала на Назира, затем на Ткачева, а уж после на Михаила Константиновича. – Что значит «провалилась»?
– Провалилась полностью, – глядя исподлобья, пояснил Ткачев. – Мы не получили и копейки прибыли. Скажу больше – мы в убытке.
– Что так? – Разданов слегка нахмурился. – Назир, Гена, милые, за что я вам деньги плачу? Чтобы вы сделки проваливали?
– Не наша вина, босс, – у Назира был вид провинившегося мальчика. Он положил на стол перед Раздановым папку. – Вот полный анализ всего, что делалось. Нашей вины нет и на йоту. Во всем виновата вторая сторона.
Разданов быстро просмотрел лежащие в поданной ему папке документы и холодно спросил:
– А куда ты смотрел всё это время? Я что, должен торчать круглые сутки здесь и следить сам за каждой сделкой? Я должен проверять состоятельность и порядочность каждого партнера? Кого ты привел ко мне, мальчик мой?
– Я надеялся на его порядочность, – вздохнул Назир.