— Так вот, моя тема: представь, наступает Новый год, и надо принять решение что-то изменить в своей жизни. Какое бы приняла ты?
В Хоуп проснулся острый интерес.
— Я думаю. Скажи ты первый.
— Джереми, — начал Джек, — говорит, что я должен следить за тем, что ем. — Джереми был сыном Джека. — Идея в самый раз для карикатуры в «Нью-Йоркере»: толстяк поедает каплуна перед зеркалом. Надпись: «Генрих Восьмой следит за тем, что ест».
— Следить, что смотрю по телевизору, и не забывать его выключить. Просто стыд: просыпаешься утром и видишь — экран мерцает, — сказала Хоуп.
— Не покупать книги на Амазоне, пока не прочту те, что уже на полках, — продолжал Джек.
— Убирать одежду в шкаф, даже когда никого не жду. Нора держит меня в ежовых рукавицах. — Нора была дочерью Хоуп.
Подали вино. Джек изучил этикетку, понюхал пробку и сделал глоток. Кивнул. Подали салат. Хоуп разложила его по тарелкам.
— В Провансе салат подавали после основного блюда.
Джек обратил внимание на волосы Хоуп — она зачесала их наверх.
— Тебе идет, — заметил он.
— Благодарю. А вот еще мое давнее решение. Как бишь ее звали, она учила меня французскому, когда мы вернулись из Парижа? Я как-то подсчитала, что девять лет зубрила французский в школе, а говорить все время приходилось тебе.
— А еще научиться молиться, — сказал Джек.
Хоуп посмотрела на него через стол — не шутит ли он. Джек сосредоточенно засовывал в рот лист салата.
— Никогда не пойму, почему нельзя нарезать салат помельче.
Подали луковый суп; подали мясо с бобами, Джек спросил, не хочет ли она вернуться.
— Вернуться! В Прованс?
— В Экс, в Париж.
Джек и Хоуп когда-то жили вместе, а потом оба сочетались браком с кем-то другим. Позже Джек развелся с женой, потом она умерла. Хоуп овдовела.
— Хочу тебя кое о чем спросить, — сказала она. — Мы с тобой были когда-нибудь в старом-старом саду? Шли под вековыми деревьями, не помнишь? Лежали на траве, смотрели на крону дерева — где это было? Во Франции? В Англии? Или это сад из какой-то книги?
— А что нас может остановить, если мы захотим туда вернуться? — спросил Джек.
Однако причины, которые их останавливали, конечно же были. Две самые маленькие из них в эту самую минуту расплющили носы об окно ресторана со стороны улицы.
Восьмилетний Джон засунул в уши большие пальцы и шевелил остальными. Хоуп, приложив руку к окну, сделала вид, будто хватает внучку через стекло. Малышка Миранда смеялась. На тротуаре стояла Нора, дочка Хоуп, а рядом с ней коляска с крошкой Джулией. Нора пришла за матерью. А Джереми, сын Джека, пришел за отцом.
— Я только зайду в туалет, — беззвучно проговорила Хоуп сквозь стекло.
— Что? — так же беззвучно переспросила Нора, на тонком лице отразилась досада. В коляске плакала дочка, мимо, ревя сиреной, промчалась «скорая». — Должна же она понимать, что я ее не слышу, — обратилась Нора к Джереми.
Джереми попросил ее побыть с детьми.
— Я схожу за отцом и узнаю, что ей нужно.
В дверях Джереми отступил, давая дорогу Дженни и Люси. И сразу направился в угол, где часом раньше оставил инвалидную коляску отца, и подкатил ее к столику.
Хоуп встала, обогнула стол: хотела поцеловать Джека на прощание и получить поцелуй в ответ.
— Поторопись, отец! — сказал Джереми. — Мне надо вернуться в офис.
— Я тебе позвоню, — сказал Джек Хоуп, — и мы пообедаем.
Хоуп снова обернулась к Норе, зашевелила губами.
— Джули, замолчи ради бога! — сказала Нора, и дочка завизжала еще громче. — Что, мама, что ты говоришь?
Хоуп показала пальцем на туалет.
Нора разыграла пантомиму: «Я тебе нужна?» — ткнула пальцем в себя, «С тобой пойти?» — показала на Хоуп. Та покачала головой. «Кафе Прованс» было выбрано не в последнюю очередь и потому, что туалеты там помещались не в подвальном, куда надо спускаться по длинной лестнице, а на первом этаже.
Хоуп открыла дверь в туалет и увидела в зеркале над раковиной, что ее волосы высвободились из-под заколок. Она вынула все заколки и стояла, не отрывая глаз от старухи с седыми по-девичьи распущенными волосами, ниспадающими на плечи, видела то, что могла бы увидеть Диана Арбус[10], ужаснулась, и от ужаса в ней снова пробудилось любопытство: «У меня тоже есть тема: старость глазами Арбус» — она предвкушала, как расскажет об этом Джеку, когда Джереми и Норе в следующий раз будет с руки отвезти их на обед в «Кафе Прованс».
