– Извините, – смущенно добавил он, – что я был вынужден поставить себя в такое ложное положение. Я надеюсь, что вы извините меня за то, что в тот момент я верил этому обвинению.
– Подобными обвинениями лучше не разбрасываться, мистер Косси, – был ее ответ, и, как будто, чтобы перевести тему, она встала и позвонила в колокольчик, велев подавать чай.
Чай был подан, и возникшая суматоха на некоторое время помешала их дальнейшему разговору. Однако, в конце концов, шум утих, и Эдвард вновь оказался наедине с Идой. Он посмотрел на нее, и ему стало страшно. Эта женщина была вылеплена из другого теста, нежели он, и Эдвард это знал – он любил ее, но ни в малейшей степени ее не понимал. Однако если он должен решиться на важный шаг, то следует решиться сейчас, и он, собрав волю в кулак, обратился к ней.
– Мисс де ла Молль, – сказал он, и Ида, прекрасно зная, что за этим последует, испугалась, что ее сердце вот-вот выпрыгнет из груди, а затем остановится.
– Мисс де ла Молль, – повторил он, – возможно, вы помните разговор, который состоялся между нами несколько недель назад в оранжерее?
– Да, – сказала она, – я помню… о деньгах.
– О деньгах и других вещах, – сказал он, собираясь с духом. – Я намекнул вам тогда, что я надеялся, что в некоторых обстоятельствах мне будет позволено обратиться к вам, и я думаю, что вы меня поняли.
– Я прекрасно вас поняла, – ответила Ида, и ее бледное лицо стало холодным, как лед. – И я дала вам понять, что в случае, если вы ссудите моему отцу деньги, я буду считать себя обязанной… выслушать то, что вы мне скажете.
– О, забудьте про деньги! – воскликнул Эдвард. – Для меня это не вопрос денег, Ида, отнюдь. Я люблю вас всем сердцем. Я люблю вас с тех пор, как увидел вас. Лишь потому, что я ревновал, я вчера вечером выставил себя дураком с полковником Кваричем. Мне давно следовало попросить вас выйти за меня замуж, но мне мешали препятствия. Я люблю вас, Ида, такой женщины, как вы еще не было… никогда.
Она слушала его с тем же каменным лицом. Было видно, что он серьезен, но его серьезность не трогала ее. Более того, она едва ли льстила ее гордости. Она питала сильную неприязнь к этому человеку, и ничто из того, что он мог сказать или сделать, ни на йоту не уменьшило бы эту неприязнь, скорее, только усилило бы ее.
Он умолк, его грудь вздымалась, лицо было искажено эмоциями. Он попытался взять ее за руку.
Ида резко ее убрала.
– Я не думаю, что во всем этом есть необходимость, – холодно произнесла она. – Я дала условное обещание. Вы выполнили свою половину сделки, и я в должное время готова выполнить свою.
Что касалось ее слов, Эдвард не мог придраться к их смыслу, и все же он чувствовал себя скорее как тот, кому окончательно и бесповоротно отказали, нежели тот, кому дали согласие. Он напрягся и посмотрел на нее.
– Однако я считаю необходимым сказать вам, – продолжала она в том же размеренном тоне, – что, если я выйду за вас замуж, то это будет по мотиву долга, а не по причине сердечной привязанности. У меня нет любви, которую я могла бы вам подарить, и я не требую ее от вас. Я не знаю, удовлетворит ли вас подобное. Если нет, вам лучше сразу отказаться от этой идеи. – И она впервые посмотрела на него с тревогой на лице, даже большей, чем хотела бы показать.
Увы, если она надеялась, что ее холодность оттолкнет его, то ее надежды не оправдались. Напротив, подобно брызгам воды, попавшим на раскаленное масло, она еще больше разжигала его.
– Любовь придет, Ида, – сказал он и еще раз попытался взять ее за руку.
– Нет, мистер Косси, – сказала она тоном, который его остановил. – Извините, что мне приходится говорить вам такие вещи, но пока я не выйду замуж, я сама себе хозяйка. Прошу вас, поймите меня.
– Как скажете, – сказал он, обиженно отстраняясь от нее. – Поверьте мне, я так люблю вас, что готов жениться на вас на любых условиях. Есть, однако, одна вещь, о которой я хочу вас просить, Ида, а именно, что вы пока будете хранить нашу помолвку в тайне, и заставите вашего отца – я полагаю, я должен поговорить с ним – сделать то же самое. У меня есть веские причины, – продолжил он в качестве объяснения, – не желать, чтобы об этом стало известно.
– Я не понимаю, почему я должна держать это в секрете, – ответила Ида. – Впрочем, какая разница.
– Дело в том, – пояснил он, – что мой отец весьма любопытен, и я сомневаюсь, что ему понравится моя помолвка, поскольку он считает, что я должен жениться на огромном состоянии.
– Понятно, – ответила Ида. Она считала, а так оно и было на самом деле, что имелись и иные причины, не связанные с миссис Квест, почему Эдвард Косси стремился сохранить помолвку в тайне. – Кстати, – продолжала она, – мне неприятно говорить о сделке, но ведь это сделка, не так ли? Я полагаю, что нам обоим понятно, что в случае нашего брака закладная на это поместье не будет использована против моего отца.
– Разумеется, нет, – ответил он. – Послушайте, Ида, я преподнесу вам эти закладные в качестве свадебного подарка, и вы можете бросить их в огонь. И еще я отпишу вам приличную сумму денег.
