С некоторым удивлением полковник поймал себя на мысли о Еве. «Если я способен тут думать о ней, то ситуация, в которой я нахожусь, не такая критическая, как может показаться. Особенно со стороны. Со стороны ангела, который меня охраняет. Но такую мысль может подкинуть мне чёрт для отвлечения от грозящей главной опасности. Моя привычка отслеживать мысли может сыграть со мной злую шутку».
Размышляя таким образом, полковник не переставал фиксировать малейшие изменения в очертаниях зверя. Он даже испытал некоторое уважение к нему как к бойцу. Полковник легко представил себя в таких действиях и, к своему неудовольствию, не увидел такой длины, высоты и скорости прыжков, которые без признаков излишнего напряжения совершил вожак.
Наблюдая за соперником и собственными мыслями, полковник заметил, как светящиеся ненавистью в сумраке глаза вожака поднялись высоко над землёй. Он встал во весь свой рост, чтобы продолжить схватку как человек. Его мозг сделал правильные выводы: с помощью звериных инстинктов и навыков полковника не победить. Значит, надо использовать то, что делает его возможности более многогранными. Надо использовать человеческие качества.
Полковник получил мгновения отсрочки, которые постарался использовать с наибольшей пользой. Когда у него получилось с первым зайцем, в его голове сразу же созрел план, которого он придерживался до сих пор. Он был спокоен и уверен и хорошо держал в памяти уроки Рашида. Особенно тот, где шла речь о гравитационных волнах и как их вызывать.
Рашид говорил, что невозможно сделать в этом мире вещь или действие, которые бы противоречили его законам. Гравитация по ощущениям здесь была такая же, как на земле, осталось только вызвать волну.
Полковник не спускал глаз с вожака и тем не менее уловил, что поляна была пуста. Длинноухие творения полковничьей мысли сделали главное: отвлекли стаю, освободив место для решающих действий. Слева от себя полковник наметил точку спокойствия, куда тут же стекла материя пространства, размером с небольшой астероид. Прикинув действие вожака, полковник запустил из этой точки к себе гравитационную волну, подумав, что лучше она дойдёт до него раньше, чем позже. Вожак мог ринуться на него как борец, и тогда опережающее действие волны будет вполне оправданным. В случае медленного сокращения дистанции эффект будет также ошеломляющим.
Вожак начал не спеша подходить к полковнику, пружиня на каждом шагу как футбольный вратарь. Он полагал, что при резком движении полковника всегда может прыгнуть. А уж в скорости и дальности прыжка ему не было равных. Когда расстояние между ними сократится до вытянутой руки вожака, тот предпримет молниеносный удар и всё будет кончено.
Полковник просто смотрел на вожака, даже не прищуривая глаз. Это позволяло его периферическому зрению видеть то, что происходит вокруг. Сейчас его особенно интересовал левый сектор. Вожак подошёл совсем близко, его плотное туловище внезапно дёрнулось, и волосатая рука, вооружённая огромным костистым кулаком, понеслась вперёд, нацеленная на подбородок полковника. За мгновение до этого гравитационная волна, похожая на одну из тех, что запускают кроссфитовцы, работая с канатами, дошла прямиком до полковника. В ту же секунду он растворился в пространстве гравитационной волны и стал огромным как великан. Кулак вожака ткнул его в ботинок, как удар ополоумевшей мухи. Полковник нагнулся, аккуратно, двумя пальцами взял вожака, после чего выпрямился и поднёс к своему лицу. Ничего подобного с ним в жизни не бывало. Ему повезло, что звериное сердце меньше подвержено эмоциям, а то бы его хватил удар.
– Заканчивай свои детские игры, а то я тебя ненароком раздавлю как клопа. И потом собери своих бойцов, скажешь им, что мы теперь партнёры. Ты всё понял? – распорядился полковник и тряхнул вожака, как Карабас Барабас одну из своих кукол. От тряски у вожака клацнули зубы, и ему не оставалось ничего другого, как кивнуть головой.
– Не вздумай меня обманывать, – ещё раз на всякий случай закрепил своё превосходство полковник. Он вовремя поставил вожака на землю. Гравитационная волна прошла, и полковник стал опять ростом в свои сто восемьдесят восемь земных сантиметров.
В жизни каждый двадцатый – левша, каждый восьмой – тормоз, три процента внушаемых. Полковник знал эту статистику, но к вожаку она не подходила. Настоящий лидер никогда в статистику не вписывается.
– Назови своё имя, партнёр, – приказал полковник вожаку.
– Крил, – нехотя прорычал вожак.
– Собери своих и пойдём потолкуем, – голос полковника был абсолютно спокоен. Он чувствовал каждой клеткой своего тела, как занял место повелителя в матрице отношений между ним и стаей с её вожаком.
Крил издал жуткий вопль, после которого беспорядочные звуки вокруг поляны стали утихать. Из леса стали выходить зверолюди, чьи очертания в темноте едва угадывались. «Существует ли в этом мире луна?» – подумал полковник, оглядываясь вокруг.
