«Подброска мелких подразделений не обеспечивает захвата и обороны горы Митридат. Как ни больно, приходится высказаться за эвакуацию».
В ночь на 10 декабря начали эвакуацию. Обозначили пункты посадки фонарями. Катера подходили под прикрытием артиллерийского огня. Противник повел обстрел берега. Десантники бросались в воду, шли, пока позволяла глубина, и садились в лодки. После сорока дней боев они отправлялись в Тамань на отдых и формирование.
Катер доставил Гладкова на КП Приморской армии. Он вошел в капонир командарма. Генерал Петров поднялся навстречу, обнял и поблагодарил:
– Спасибо, товарищ Гладков!
Гладков хотел доложить, как протекали события, но Иван Ефимович сказал:
– Не надо. Я все знаю. Все это пережил вместе с вами.
Так закончилась проведенная под руководством Петрова небольшая по масштабам, как иногда говорят военные, частная операция, вошедшая в историю Великой Отечественной войны как десант на Эльтиген. Генерал Гладков так и назвал свою книгу, написанную после войны. В ней рассказано подробно о прекрасных героях, совершивших этот массовый подвиг. Я горячо рекомендую читателям прочитать эту книгу, она снимет грех с моей души, заключающийся в том, что я, решая свою писательскую задачу, не мог рассказать о всех людях, достойных того, чтобы о них узнали соотечественники.
Операция состоялась, пролив форсирован, целая армия Петрова в Крыму. Это была одна из крупнейших по размаху и продолжительности операция с высадкой оперативного десанта в годы Великой Отечественной войны.
В Москве, в Ставке между тем думали о дальнейшем. Вот что пишет об этом генерал Штеменко:
«…Верховный Главнокомандующий обязал нас заняться разработкой плана действий с Керченского полуострова.
– Задачу по овладению Крымом надо решать совместным ударом войск Толбухина и Петрова с привлечением Черноморского флота и Азовской флотилии, – сказал он. – Пошлем к Петрову товарища Ворошилова. Пусть посмотрит и доложит, как это лучше сделать. Штеменко поедет с ним от Генштаба.
Сталин всегда отдавал предпочтение докладам с места событий…
Из Москвы мы выехали в вагоне К. Е. Ворошилова… На разрушенную и сожженную в недавних боях станцию Варениковскую наш поезд прибыл с рассветом. Там встретили нас И. Е. Петров и член Военного совета В. А. Баюков.
– Везите прямо на плацдарм, – приказал К. Е. Ворошилов, и вся наша группа заняла места в автомашинах.
Ехали быстро. Скоро миновали Темрюк. Тамань – по определению Лермонтова, «самый скверный городишко» – осталась в стороне. Без происшествий прибыли на косу Чушка.
– Здесь не задерживайтесь, пожалуйста, коса под обстрелом, – предупредили нас.
Небезопасно было и в проливе, через который мы шли к берегам Крыма на бронекатере…
Мы вполне оценили предусмотрительность И. Е. Петрова, подославшего для нас бронекатер, и трудную, опасную работу моряков той же Азовской военной флотилии, протраливших от вражеских мин путь через пролив…
С бронекатера мы с опаской поглядывали на едва видимый силуэт горы Митридат. Там располагались наблюдательные пункты противника, просматривающие Керченский пролив. Рулевой уверенно вел корабль. Столь же уверенно он ошвартовался, и мы ступили на берег…
